Итак, по поводу того, как выстраивать отношения со святым Иосифом, я получил совет от человека, который знает, что говорит, к словам которого, безусловно, стоит прислушиваться. К сожалению, я не мог посоветоваться со своими компаньонами — узнав о том, что на Совинкоме серьезные проблемы, они бы в первую очередь затребовали бы обратно свои инвестиции и, конечно, стали бы разбираться на месте. А посвящать их во все детали я не мог — увидев, в каком состоянии находится моя фирма, они бы поставили под сомнение мою дееспособность и наверняка постарались бы от меня поскорее избавиться. А основная причина, по которой я не мог обращаться к ним за помощью — недостача на Экссоне. Она бы наверняка вскрылась в ходе разбирательства.
Мне крайне не хотелось возобновлять сотрудничество со старым седым полковником, про себя я давно решил: война так война, но раз уж Коршунов рекомендовал продолжать использовать бывшего особиста, придется переломить себя.
Прежде чем назначить ему встречу, я переговорил с двумя близкими людьми: Мариной Маликовой и Вадимом Второвым.
Второва удивило существование феномена Давиденко и он высказался в таком ключе:
— …На хрена козе баян?! Зачем тебе крыша?! Плати мне, если ты такой богатый, и я буду устраивать встречи с любыми областными чиновниками, подписывать любые письма, а мои советы ты не увезёшь на трёх двадцатитонниках!
Разговор происходил на одной из еженедельных бань, на которых Второв собирал своих многочисленных деловых партнеров и друзей.
— …Любой из них, — сказал Второв, махнув рукой в сторону стола, где закутанные в простыни сотрапезники расправлялись с приготовленным в камине пловом, — отымеет твоего Иосифа, и фамилию не спросит. Ты говоришь — влияние… У тебя есть Халанский, он вхож в любые двери. Зачем тебе нужен кто-то ещё?! Тем более — зачем платить ежемесячно фиксированную сумму? Если нужно решить какой-то вопрос — обращаешься к человеку и платишь оговоренную сумму или оказываешь ответную услугу — один лишь раз. Улыбка — в подарок. Плюс общение. Посмотри на Михалыча…
Второв обернулся. В трех шагах от нас сидел Игорь Ракитский, полковник, крупный чиновник из областного УВД. В свое время он помог Второву приобрести участок, на котором и была построена эта баня, ангары и мастерские — прежнему хозяину инкриминировали налоговые преступления, и он уступил землю за одну пятую рыночной стоимости.
— …Он — один из тех, кто делает погоду в своем учреждении. Решает многие вопросы. Если я предложу ему деньги за то, что он для меня делает, он смертельно на меня обидится. Когда ему нужны дензнаки, он обует десяток таких лохов, как ты, но от меня не возьмет ни копейки. А почему?
Я пожал плечами:
— Отношения…
— Принципиальная позиция, дружище! Ты ведь не пользуешься услугами проституток, не содержишь платных женщин? Почему? Потому что у тебя…
И он высунул язык и поводил им в разные стороны.
— …у тебя есть язык. Твой шершавый друг. Ты добиваешься нужного результата от понравившейся тебе женщины посредством общения — звуковых колебаний, издаваемых твоим голосовым аппаратом. Посчитай часы, проведенные тобой с твоими дамами, умножь на тариф, предусмотренный за услуги девушек такого уровня. Ты увидишь, сколько денег ты сэкономил благодаря умению общаться. Почему в деловой жизни ты не следуешь этим правилам? Зачем тебе шлюхи в погонах?!
— …Михалыч сказал, что твой Иосиф — непростой парень, — продолжил Второв. — У него серьезное влияние во многих структурах. Решает для Волга-Трансойла серьезные вопросы — твоими, между прочим, деньгами. Ты ведь сам не вхож к тем людям, которым он носит деньги? Он берет с тебя сотню, отдаёт чиновнику пятерку, и за эту пятерку решает кучу своих вопросов, помимо твоего. Сейчас ты ему не платишь. Наверняка он готовит наезд. Чтобы не потерять бизнес, ты заплатишь тариф плюс неустойку. Он посадит тебя на качели, и будет кружить-доить до тех пор, пока ты не согласишься на очередное повышение тарифа.
Второв суммировал наш разговор таким образом:
— …Что тебе делать — не знаю. Мне трудно тебе советовать, ты всегда идёшь своим путем. У нас разные характеры. Я буду стоять на своём и буду показывать характер, несмотря ни на что. Ты выбираешь извилистые дороги. С другой стороны, у тебя получается уговаривать людей на такие дела… Я бы никогда так не смог. Сколько раз я пытался подковать Халанского — и не смог. Тебя же он пригрел и держит возле сердца. Если примешь решение бороться — я тебе помогу. Будем держать оборону!
Таково было мнение Вадима Второва. С одной стороны, он говорил разумные вещи. Но с другой… мне было точно известно, что мой школьный и институтский товарищ не всегда был таким брутальным, «стоял на своём и показывал характер несмотря ни на что». Он, так же как и я, в некоторых вопросах проявлял известную гибкость, ибо сказано: самолюбие в бизнесе — это дешёвый товар. И меня насторожило то, что он начал хорохориться передо мной — перед человеком, который знает его, как облупленного.
