Мои мысли исчезают, как только Карлос прикасается к моей коже чем-то округлым. Нежными, но твёрдыми прикосновениями он скользит предметом от моих бёдер к плечам и спине, делая своего рода массаж, стимулирующий всё тело. Затем он останавливается ровно настолько, чтобы дать мне насладиться приятным ощущением тепла, которое вызвал массаж. Но пауза длится недолго.
Предмет достигает губ, я ощущаю его металлический привкус и, разрывая темноту, издаю стон.
Снова начинается его натиск, на этот раз с груди. Прикосновения решительные, с силой — продвигаются по животу и снова по бёдрам. И именно на бёдрах Карлос прикладывает большее усилие, прикасаясь часто и остро.
Покалывание на коже переходит от лёгкого к более сильному. Теперь я всюду чувствую жжение, но между ног я горю. По сравнению с ранами, которые ношу внутри, физическая боль меня не пугает. Напротив, она заставляет меня ощутить себя «живой», реальной, быть мотивированной на реакцию.
Внезапно Карлос оказывается на мне. Чувствую, как его горячая кожа прижимается к моей груди, губами он касается моей шеи и вонзается зубами долгим страстным укусом. Теперь я чувствую и его запах. Кислый, обволакивающий и опьяняющий.
— Остановись, — произношу я с трудом.
Карлос выполняет просьбу, и между наши телами разрывается этот слишком интенсивный контакт. Он склоняется ближе к моему уху и тихо шепчет:
— Я не сделаю этого, пока не завладею и твоей душой.
В темноте его дыхание становится учащённым. Он жадно сканирует меня глазами, и сила его желания становится непреодолимой. А моё собственное желание, которое я испытываю к нему как знак капитуляции, почти осязаемо проступает на моей коже.
Карлос гладит указательным пальцем изгиб моей шеи, поднимает подбородок и вдыхает мой запах, будто хочет насытиться.
Потом проводит пальцем от моей руки к груди, слегка проходя по впадинке подмышкой.
Каждый его жест — такой нежный и знакомый, дикий и волнующий одновременно. Простой близости больше недостаточно, мне необходимо чувствовать его на себе и внутри меня больше, чем воздух, которым я дышу.
Карлос завладевает моими губами, его поцелуй превращается в лёгкий укус, который вырывает из глубины моего горла вздох удовольствия.
Я тоже кусаю его. Карлос собственнически смыкает пальцы вокруг моей груди, а другой рукой цепляется за мои волосы, вынуждая полностью открыть ему шею.
— Ты помнишь, Ангел, тот единственный способ, которым можешь убраться из моей жизни?
— Смерть, — хрипло отвечаю я.
— Что ты выберешь, жизнь или смерть?
«Я уже умерла».
— Жизнь.
— Тогда я требую твою душу на моих условиях.
Он начинает проводить губами по шее, опасно направляясь к моей груди. Ловит сосок и сжимает его, вырывая у меня ещё один из тех хриплых вздохов, которых, я знаю, ему недостаточно. Поэтому Карлос сжимает зубы вокруг твёрдой, но нежной вершины, и больше я не могу сдерживаться: из меня вырывается громкий стон.
Резким движением Гардоса срывает с меня платье, царапая кожу.
Я хотела бы отплатить услугой за услугу, но я до сих пор связана.
— Тебе нравится, как я прикасаюсь к тебе? — спрашивает он, руками продолжая неустанно путешествовать по моему телу.
— Да.
Карлос отстраняется, я больше не чувствую его ласки и почти скучаю по нему.
— Хочу видеть твои глаза, только так я могу понять, лжёшь ли ты.
Загорается свет и на мгновение ослепляет меня, но мало-помалу я привыкаю. Вижу, как Карлос забирается на кровать. Провожу взглядом по его татуированным рукам и грудным мышцам, теряясь в восхищении этим мужественным телом, пока он полностью раздевается.
Карлос раздвигает руками мои ноги и ложится сверху, касаясь членом нижней части моего живота, плоть к плоти.
— Я хочу знать, как сильно ты меня хочешь. Посмотри на меня, прикоснись ко мне, — тихо просит он, опираясь на руки, чтобы медленно подняться.
Он берёт мои руки и, развязав, проводит ими по своей груди, двигая вверх и вниз, при этом его глаза устремлены на меня. Карлос подносит мои пальцы близко к своим губам, водит по своему рту, а затем захватывает один и начинает чувственно, вызывающе посасывать.
Я сглатываю в горящем горле. Зная, с кем имею дело, я не должна испытывать возбуждения, но не могу контролировать своё тело.
— Разве ты не желаешь меня, Ангел? — спрашивает он, нахмурившись, после того как его язык очень медленно проходится по моему указательному пальцу.
«Дерьмо. Как можно его не хотеть?»
Он запретный плод, мой яд.
Внутри разгорается неукротимый огонь. Тело полностью отделяется от разума и принимает самостоятельные решения. Я ласкаю его плечи, провожу вниз по рукам, ощущая на коже под татуировками утолщения.
Кто мог такое сотворить с ним?
Это не недавние шрамы, они, кажется, утолщались, адаптируясь под физическое развитие. Как если бы Карлос вместе с ними вырос. Я продолжаю путешествие пальцами, поднимаюсь по спине, где под моими прикосновениями сокращаются его мышцы.
Понимаю, чтобы скрыть эти отметины, Карлосу пришлось нанести очень большой рисунок, но выбор преклонённого ангела не мог быть случайным. В нём есть глубокий смысл, я чувствую, это что-то тёмное и пугающее.
