— А ты откуда это знаешь?
— Он приходит ко мне во снах.
— Может, тебе в твоих снах ОН рассказал, где прячет Веронику? А также твою недавно пропавшую подругу Елену? — с раздражением произнесла я.
— Он мне этого не говорит…
— Ладно… Ты еще долго тут намереваешься оставаться?
— Пока все само собой не решится…
— Что должно решиться?
— Я же говорила — это необычная ночь.
Раз, два, три… Я вдохнула-выдохнула. Все происходящее сейчас походило на разговор между психиатром и душевнобольным. Вот только психиатром я была никудышным, поэтому не знала, в каком направлении повернуть дальше наш странный диалог.
Но зато в моей голове стала вырисовываться одна из версий — именно эта мысль тогда вскользь посетила меня, когда покойный Степан Петрович сбил меня своим присутствием. Именно эта невероятная и такая пугающая версия нарисовалась в моей голове совсем недавно, а сейчас… Мне нужно было четко решить, как действовать дальше.
Остается только убедиться в том, насколько эта Яна вменяема и что именно руководит ее мотивами. А пока что продолжим играть по ее правилам.
— Яна, ты уверена, что сейчас не хочешь покинуть это место? Ты можешь уехать вместе со мной? — обратилась я к ней, словно к маленькой девочке, которая неожиданно заблудилась в лесу.
— Я пока что останусь здесь…
— Мне кажется, тут не совсем безопасно. Ты сама мне недавно об этом говорила.
— Для меня тут нет никакой опасности, — ответила она. — В опасности ты. Пожалуйста, уходи отсюда!
Я поднялась и ответила:
— Хорошо. Тогда я пошла…
— Не бойся Викки, он безопасен. Один он ничего не сделает, — вдруг сказала она.
— Один? Что ты имеешь в виду?
— Микки кто-то застрелил.
— Микки? Ты его видела застреленным?
— Да, — закивала она головой. — Я видела его труп там… около сараев.
Если верить словам этой сумасшедшей, то один из выстрелов принадлежал бедному псу Микки. А для кого тогда предназначалась третья пуля?
— Я никого не боюсь! — ответила я и хотела было продемонстрировать свой пистолет, но сдержалась. Путь лучше думает, что я безоружна.
— Пока, Яна. Думаю, мы еще увидимся.
Она ничего не ответила, а я быстро растворилась в темноте, направившись в сторону дыры в каменной стене, через которую несколько часов назад проникла в это странное и страшное место…
Мне понадобилось примерно минут двадцать, чтобы добраться до своей машины. Освещая себе путь фонариком, я, чертыхаясь, ругаясь и проклиная все на свете, продираясь сквозь сухую крапиву и заросли кустов, наконец смогла сориентироваться и выйти на то место, где я покинула своего четырехколесного друга. Подойдя к «Ситроену», я с облегчением вздохнула — теперь нужно как можно быстрее покинуть это нехорошее место и осуществить свою задумку. Но для начала надо утолить жажду.
Открыв салон, я достала бутылку с водой и жадно присосалась к горлу. Потом смочила ладонь и с удовольствием протерла влажной ладонью по лицу. Ну вот — совсем другое дело… Теперь можно попробовать дозвониться до Мельникова. Я достала мобильный и глянула на экран — связь была, но слабая, но позвонить все равно стоило попробовать.
Андрей ответил только после шестого гудка:
— Татьяна… Что там у тебя за пожар? Ты забыла, что я с ребятами сегодня на даче, банька, шашлык…
— Андрюш, я помню, извини, что отрываю тебя от твоего отдыха, но ситуация такая, что без твоей помощи никак…
— Ну, рассказывай, мать, во что ты вляпалась в этот раз, — обреченно отозвался Мельников, приготовившись внимательно меня слушать.
Я, как могла, по-быстрому обрисовала Андрею всю ситуацию, упуская ненужные для него подробности — только суть. Наше общение порой прерывалось из-за плохой связи, но после примерно пятиминутного разговора Андрей смачно выругался в трубку.
— Иванова, почему я не удивлен! Там, где ты, обязательно будет труп! В какое дерьмо ты вляпалась в этот раз?
— Я бы сама хотела это знать…
— Так, ладно… я понял тебя! — Нотки в голосе Андрея приобрели деловой тон. — Сейчас свяжусь с кем надо и попробуем направить группу в это злачное место и навести там основательный шухер. Ты можешь скинуть мне локацию?
— Сейчас нет. Интернет не ловит, но я смогу это сделать позже, когда буду рядом с городом.
— Ты собираешься в Красноармейск?
— Да. Сидеть в этом злачном месте в темном лесу у меня нет никакого желания. В общем, будем на связи… Андрей, ты слышишь меня?
Вот черт, связь снова прервалась. Но я уже не стала перезванивать, ибо основную суть передать мне удалось. Я убрала телефон в карман и прислушалась. Атмосфера темного леса действовала на меня угнетающе и возбуждала мое и без того бурное воображение. Показалось, или рядом в деревьях кто-то зашевелился, а с другой стороны из темноты на меня зыркнули два зеленых глаза. Может, какой зверь… Я поежилась и быстро завела двигатель, включив фары и осветив темное пространство перед собой.
