— Да. Он организовал всю эту ерунду для… прикрытия.
— Прикрытия? — удивилась я.
— Конечно. — Она хихикнула. — Ты даже не представляешь, что там на самом деле происходит и для чего все это. То, что ты увидела, — это лишь на поверхности. Сама суть — глубже… Запрятан там среди каменных строений один люк. Если его открыть, то можно попасть в… некую лабораторию.
О господи… Ко всему прочему услышанному бреду мне еще не хватало секретной лаборатории. Ладно, послушаем дальше…
— Все это организовал мой отец с некоторыми подельниками из его ведомства. Там решили разрабатывать какое-то новое психоактивное вещество, которое будет особым образом влиять на людей, подавлять их волю, психику, возможно, даже доводить до самоубийства. А подобные разработки надо на ком-то испытывать, нужны подопытные… — На этом моменте Яна снова противно хихикнула. — Так и пришла идея с некой… сектой, как ты выразилась. Хотя, по сути, так оно и есть — это и была секта под патронажем твоего любимого, — снова этот идиотский смешок, — Степана Петровича. Я же его просто называла дядя Степа. Отец его назначил всем этим управлять и четко отслеживать все, что там происходит. Местную полицию это место перестало интересовать, учитывая, кто мой отец, — поэтому с этим проблемы сразу отпали. Но дядя Степа стал наглеть, он решил там поиметь свою выгоду, наживаться на бедных… подопытных, используя действие препарата, который им давали с едой и чаем. Об этом мне, кстати, поведала твоя Вероника. Тогда-то я и решила все рассказать об этом отцу, потому что он, как я поняла, не догадывался об этих махинациях своего… исполнительного директора. А потом… Я не знаю, что на меня нашло. После общения с тобой я поняла, что ты в опасности, хотя я не уверена, в городе ли мой отец. Я иногда появляюсь в том месте на правах дочери самого главного — гуляю там, даже общаюсь с этими забавными ребятами, которые там оказались. С ними было очень интересно поговорить. В общем… я приехала и застала дядю Степу в его келье. Он был чем-то взволнован и, как мне показалось, расстроен. Ему было явно не до меня, и если честно… Он вообще меня не любил, принимал за дурочку и порой грубил мне. Он с такой кривой мордой посмотрел на меня, сказал что-то грубое и неуважительное… Я не выдержала, достала пистолет и со словами: «Да пошел ты!» — выстрелила в него.
— Вот так просто взяла и выстрелила? — изумилась я.
— Да. — Она в очередной раз дернула плечом. — А что здесь такого — одной мразью меньше на этом свете… А мне все равно ничего не будет. Отец отмажет меня без проблем.
— Откуда у тебя пистолет? — решила уточнить я.
— Это пистолет отца, — просто ответила она. — У меня уже давно доступ к его сейфу, просто он об этом до сих пор не знает.
— Тогда получается, ты сильно подставляешь своего отца, убив человека из его пистолета, — заметила я.
Она лишь снова ухмыльнулась, повернула ко мне свое неприятное лицо и взглянула на меня как на несмышленую дурочку.
— Для моего папочки это не проблема. Думаешь, он никогда никого не убивал таким способом?
— Ладно… А что было потом? Зачем ты застрелила собаку?
— Микки никогда меня не любил. Не знаю, чем я вызвала эту нелюбовь ко мне, — я часто приносила им корм, они давали мне гладить их… Но Микки всегда как бы обходил меня стороной, пару раз даже рычал на меня, когда я хотела его потрепать по загривку. А в этот раз… я хотела выйти, чтобы поискать твою машину — я знала, что ты где-то недалеко ее спрятала, скорее всего, около дороги. Но этот пес не хотел меня выпускать, видимо, ждал команды своих хозяев, а их не было рядом. А одного из них уже и в живых не было… Пришлось его застрелить. Ну а что мне еще было делать?
— А затем ты нашла мою машину и прострелила колесо, — продолжила я за нее. — С какой целью? Чтобы я не смогла оттуда уехать?
— Я тебе уже объяснила… Я знала, что ты вернешься. Тебе некуда было деваться…
— Для того, чтобы я оказалась в этом доме, — перебила я ее. — Как и остальные девушки. Девушки-блондинки.
Она медленно повернула лицо в мою сторону и… Я ожидала увидеть массу отвращения и пугающую пустоту в глазах, но на меня смотрели совсем другим лицом — улыбающимся, со светящимися глазами. Однако как быстро происходят перемены в этой странной особе — а такое возможно только при наличии явного психического расстройства.
— Где сейчас твой отец? — поинтересовалась я.
Она ответила не сразу, а я всерьез призадумалась. Я поняла, что мне просто необходимо пообщаться с ее отцом, чтобы окончательно пролить свет на всю эту темную и мерзкую историю. Я снова уловила ее мимолетный взгляд на ту самую деревянную дверь. Неужели ее отец там, промелькнула у меня мысль. А если эти два психа заодно — она поставляет ему девушек-блондинок, заманивая их в этот дом, а он потом… Что он с ними потом делает, мне даже не хотелось думать, но я все же надеялась, что в действительности все совсем не так. Ибо история, рассказанная Яной, несколько меня смущала и вызывала массу вопросов, и выглядела словно устрашающая байка, которую придумывают на ходу.
