— Я никому не рассказывала… Откуда вы могли узнать? Ладно, это не важно. Когда он впервые связался со мной несколько недель назад, то был в ярости из-за того, что я бросила его младенцем. Но что мне было делать? Я была молода, не замужем, а родители наши очень строгих правил. Я оставалась в монастыре, пока он не родился.
— Погодите… у вас есть сын?
— Так вы же меня спросили… Ох, какая я глупая… вы не знали…
— В наше время беременную женщину прячут в монастырь?
— Вы не понимаете. Есть разные семьи… Я оставалась в монастыре до родов. Монахини сказали, что найдут ему хорошую приемную семью. Но ведь никогда не знаешь… я уверена, что воспитала бы его по-другому.
— Значит, он пришел к вам.
— Я люблю своего сына. И всегда любила. Но я не хочу иметь никакого отношения к его жизни. Я не хочу, чтобы люди знали. Разве я не права?
— Наверное… — что еще могла сказать Саша. — Но вы наладили отношения?
— Нет. Он сказал, что как мать я его не интересую. Ему нужна картина, которая пропала из монастыря. Он хотел вернуть ее в семью Гурриере, а раз он- последний наследник мужского пола, то все права у него, так он сказал.
— А есть еще наследники? Судя по фото у вас есть брат.
— Был… Это трагическая история. Они все погибли, когда ехали в больницу навестить Аньезе, ей только что вырезали аппендикс.
Саша вздрогнула.
— Как вы сказали? Аньезе?
— Моя племянница.
— Вы сказали, они погибли. А кто они? Ваш брат и?
— Брат, его жена и молодой человек Аньезе. Парень недавно сделал ей предложение, собирались пожениться, только и разговоров было, что о свадьбе… Но они попали в автокатастрофу, машина упала с обрыва и взорвалась, шансов не было…
— Соболезную… Давно это случилось?
— Два года назад.
— А ваша племянница?
— Ушла в монастырь. Она так переживала, я думала, никогда не оправится. Перестала общаться с людьми, уволилась с работы… Отказалась говорить даже со мной. Я думала, все закончится плохо, но получилось вот так… наверное, к лучшему, я боялась, что она сойдет с ума.
— В какой монастырь?
— Сан Джузеппе, он всегда был связан с нашей семьей, там я и родила… Луиджи. Я не знала, что его назвали Луиджи… я бы дала ему семейное имя… Гвидо, или Карло…
— Как ваш сын узнал о картине?
— Вы… — Глаза женщины широко распахнулись. — Я думала, вам нужна история моей семьи… а вы… вы тоже за картиной? Займите очередь, слишком много желающих получить ее. Довольно, синьора, покиньте мой дом!
— Один вопрос, всего один! Луиджи знаком с Аньезе?
— Да, когда он пришел ко мне, он уже знал, что у него есть кузина. Достаточно. Прошу, уходите!
Первые капли дождя упали на лобовое стекло, когда они въехали в город.
Лапо отправился в отель, ему нужно было сделать деловые звонки, а Саша — напрямую на станцию карабинеров, где надеялась застать Никколо.
Или он занят — обедает с прекрасной Аньезе Манчини? Такая простая фамилия, Саша даже не вспомнила, что она была в списке монахинь и послушниц. Вот, значит, кого имел в виду фра Аурелио, говоря о претензиях Гурриере — брата Виттории. Задавала бы правильные вопросы — давно узнала от молодого монаха о родственниках.
Никколо, к счастью, оказался на месте. Прошло около часа, прежде чем карабинеры получили необходимую информацию. Луиджи носил фамилию приемной семьи Николетти, но адреса в Ассизи у него не было.
— Узнайте адрес брата синьоры Виттории, это будет просто, известная автокатастрофа два года назад и фамилия Манчини.
— Сообразим как-нибудь, — буркнул Никколо. Получается, Саша раньше карабинеров нашла вероятного подозреваемого, полковника это сильно раздражало.
Но когда они отправились по адресу, Сашу с собой он все-таки взял. Она единственная, кто видел картину, не вызывать же важных персон братьев… Гуталини, — чуть не сказал Никколо. Этой фамилией Александра успела заразить всех.
Машина карабинеров проехала по гравийной дороге через лес и оказалась в уединенном месте.
Да уж, после смерти родителей и жениха тут любой чокнется! — подумала Саша.
Небольшая старая вилла — скорее виллетта, стояла за группой высоких деревьев. Машин возле виллы не было и выглядела она нежилой. Ни каминного дымка, ни света.
Карабинеры припарковались за деревьями и направились к дому. Ордер судья-магистрат пока не подписал, в ожидании они собирались осмотреться.
Саша вышла из машины, хотя Никколо велел ей сидеть и не высовываться.
Обошла виллу сзади. Одно из окон на первом этаже было открыто. Девушка заглянула в окно- пустая комната. даже мебели нет. Сейчас Никколо увидит, что она здесь, и начнет орать…
Девушка поднялась на заднее крыльцо.
— Эй, ты куда? — Ну точно, вот и карабинеры ее догнали. Саша потянула за ручку дверь, которая легко отворилась и вошла внутрь.
— Ты ненормальная! Это частная собственность! — Никколо схватил ее за руку и больно дернул.
— Мы услышали крики, — сказала Саша. — Я такое в фильмах видела! Если вам показалось, что кто-то в опасности. вы имеете право зайти. Тем более, дверь открыта.
Кто-то из карабинеров сзади хихикнул, старший цыкнул на парня, а Никколо принял самый свирепый вид какой только мог.
