— Как… — женщина в маске замерла.
— Секрет в сноровке, — Шеон поклонился невидимым зрителям, — и в том, чтобы не верить в чужие сказки.
Маска треснула с тихим звоном, женщина исчезла, а из-под обломков выпало серебряное перо с гравировкой: «Ищи там, где танцуют с ветром».
— Ты всё испортил! — Дэфа подняла перо, но в её голосе слышалось облегчение.
— Зато мы целы, — Миали незаметно сжала рукав Шеона. — Идиот.
На обратном пути Шеон нёс «трофеи»:
— Смотрите, они сами в карманы падали! — он демонстрировал носовой платок с вышитым созвездием и часы, стрелки которых бежали назад.
— Вернёмся завтра? — спросил он, словно не замечая моего взгляда.
— Нет, — я перевернул перо, где гравировка теперь светилась синим. — Мы едем туда, где ветер учит танцевать.
И пока колесница сворачивала на северную дорогу, Пит напевал песенку о летающих псах, а Дэфа тихо спрашивала у Шеона:
— Ты нарочно разрушил портал?
— Кто знает, — он подмигнул, — может, мне просто нравится, когда летят искры.
Колесница летела на север, оставляя за собой шлейф из осенних листьев. Воздух звенел предвкушением — где-то впереди, за горами, пряталось место, отмеченное как «Танцующий Утёс». Пит, сидя на крыше, пытался сочинить балладу:
— «И вот они мчатся, бесстрашные духи, за ними — драконы, впереди — … э-э… слоны?»
— Слоны? — Филгарт скривился, чистя арбалет. — Ты хоть раз видел слона?
— Нет, — бард гордо поднял подбородок, — но рифмуется же!
Дэфа, перебирая перо в руках, внезапно вскрикнула. Металл обжёг пальцы, а гравировка вспыхнула:
— Смотрите!
Перо завибрировало и проступила карта. Река, петляющая вокруг скалы в форме танцующей женщины. Никлас тут же свернул с тропы, направив коней к востоку.
— Там должен быть мост, — прошептала Миали, всматриваясь в горизонт.
— Какой мост? — Шеон высунулся из окна. — Там же пропасть!
Он оказался прав. Утёс обрывался в никуда, а на другой стороне, в сотне метров, виднелись огни деревни. Между краями бездны висел… воздух. Просто пустота.
— Волшебно, — Пит достал лютню. — Может, споём мост?
— Или построим из твоего сарказма, — проворчал Никлас.
Но стоило мне достать перо, как ветер закрутился под колёсами. Воздух сгустился, образуя прозрачные ступени.
— Идём, — сказал я, чувствуя, как ключ на груди пульсирует в такт ветру.
Деревня оказалась скоплением домиков на сваях, прилепившихся к скале. Вместо улиц — верёвочные мостки, вместо лавок — лодки, парящие в воздухе. У причала для лодок нас ждал старик с лицом, как смятый пергамент. Его плащ был сшит из тысяч лоскутов, каждый — с вышитой руной.
— Вы пришли за Ветром, — заявил он, не спрашивая. — Но сначала вы должны пройти Испытание Танца.
Филгарт схватился за арбалет:
— Это ловушка! Видите, как у него дрожит левая бровь?
— Нет, — старик покачал головой, — это у меня тик.
Нас привели на площадку, где вместо пола был туман. Музыка зазвучала сама — струны невидимой арфы, ритм, отбиваемый крыльями мотыльков.
— Танцуйте с тем, кого боитесь, — сказал старик.
Из тумана вышли фигуры:
Для Миали — тень человека в плаще, чьё лицо скрывала маска скорби.
Для Дэфы — силуэт с косой, но лезвие из стекла.
Для меня… никого. Пустота.
— Где моя тень? — спросил я.
— Ты сам себе худший страх, — ответил старик.
Шеон, тем временем, кружился с куклой своего двойника:
— Эй, ты тоже любишь поджигать сараи?
— Нет, — ответила кукла.
— Скукотища! — он швырнул её в туман.
Когда испытание закончилось, старик вручил мне стеклянный шар:
— Разбей это у подножия Утёса, и ветер покажет путь.
Мы спустились в пещеру, где сталактиты пели на ветру. Я бросил шар и камень задрожал, открывая проход в зал с механизмом.
Гигантские шестерни, поршни, цепи — всё из прозрачного хрусталя. В центре — трон, где сидел скелет в одеждах короля. В его руке был ключ, идентичный моему.
— Привет, дедуля! — Шеон махнул рукой.
Скелет повернул голову, глазницы вспыхнули синим:
— Ты опоздал на тысячу лет, наследник.
Дэфа шагнула вперёд:
— Наследник чего?
— Царства, которое не должно проснуться, — костяные пальцы сжали ключ. — Выбирай: возьми силу и стань тираном, или уничтожь наследие.
Колода в моих руках загорелась. Карта «Сила» вырвалась, вонзившись в механизм.
— Третий вариант, — сказал я, разбивая ключом хрустальный трон.
Хрустальный трон рассыпался с мелодичным звоном, будто тысяча стеклянных колокольцев разбилась о камень. Скелет истлел в мгновение, оставив лишь прах на моих ладонях.
— Наследник… тирании… — прошипел он напоследок, и голос его растворился в грохоте рушащихся шестерёнок.
«Бегите!» — крикнул Никлас, стаскивая Пита с обломка поршня.
Но я замер, заметив в осколках трона вспышку. Под грудой хрусталя лежала карта из моей колоды. Золотые края, алые розы, переплетённые с шипами…
— «Влюблённые»? — Дэфа подняла её, и карта дрогнула, как живая. На рисунке двое оборачивались друг к другу спинами: он — с мечом, пронзающим сердце, она — с крыльями, охваченными пламенем.