Карусель полностью

С т у д е н т (заглядывает в книгу). Флобер.

Б р и г а д и р. Боже ты мой! Флобер — и такое сказал! Ну читай, читай все подряд! Что же ты не читаешь?! Читай! Читай! (Снова впадает в меланхолию. Закуривает вместе со студентом. После долгой паузы, как бы разговаривая с самим собой.) «Не стремись знать все, чтобы не стать во всем невеждой».

С т у д е н т. Что?!

Б р и г а д и р. Да это я так (тушит сигарету). Демокрита вспомнил. А Жан Жак Руссо в свое время заметил: «Злоупотребление чтением убивает науку».

С т у д е н т  поражен.

Б р и г а д и р  вынимает из-за пазухи точно такую же книгу. Листает.

Б р и г а д и р. А вот Лев Толстой интересно сказал: «Читать всего совсем не нужно».

С т у д е н т  вскакивает на ноги, хватает лопату, разворачивается и уходит.

Б р и г а д и р  прячет книгу под ватник и обращается к зрителям.

Б р и г а д и р. А вообще-то, между нами: «Нет такой книги, из которой нельзя научиться чему-нибудь хорошему». Гете. (Уходит.)

Сколько я помню своего дедушку, он всегда ходил с палочкой. Очень хорошая палочка. Как у нас что под диван залетит, мы этой палочкой достаем.

И вот однажды мы с братом в шашки играли. И одна шашка у нас под диван залетела.

Мы взяли дедушкину палочку и стали там шарить. Но до шашки достать не могли. Тогда брат сказал:

— Раз палочка не достает до шашки, то давай отпилим от нее кусочек для новой шашки.

— А вдруг дедушка заметит? — сказал я.

— Не заметит, — сказал брат. — Мы же не всю палочку берем, а только кусочек.

Мы отпилили от палочки маленький кусочек.

И дедушка ничего не заметил.

А потом мы в лото играли. И один бочонок у нас под диван залетел.

Мы взяли дедушкину палочку, но уже не стали ею шарить под диваном, а сразу отпилили еще кусочек.

— А вдруг дедушка заметит? — сказал я.

— Не заметит, — сказал брат. — Палочка длинная — дедушке хватит.

И дедушка действительно опять ничего не заметил. Только его как-то к земле стало пригибать.

А потом мы в городки играли. И одна рюха у нас под диван залетела.

Мы взяли дедушкину палочку и отпилили еще кусок. А потом пошарили ею под диваном. На всякий случай. Но до рюхи все равно не достали.

— Ну теперь-то уж дедушка наверняка заметит, что палочка стала короче! — сказал я.

— Не заметит, — сказал брат. — В крайнем случае, мы ему каблуки сделаем короче.

— Ты что?! — сказал я. — Тогда надо на столько же и ножки делать короче.

— У кого? — спросил брат.

— У стола и стульев, — сказал я.

Но и на этот раз дедушка ничего не заметил. Только он палочкой совсем до земли перестал доставать. Так, в руке ее носит, как пистолет.

В общем, дедушка заметил неладное, когда палочка уже кончилась. Он погнался за нами, а мы — от него, ставя за собой стулья. Дедушка перепрыгивал через них и кричал:

— Что вы наделали?! Я же совершенно разучился хромать! С меня теперь инвалидность снимут! И снова заставят устроиться на работу! А мне ведь уже сорок семь лет!

Так мы вылечили дедушку от хромоты. Правда, после этого он еще пытался хромать. Но у него уже ничего не получалось. Без палочки.

С чего начинать роман?

Начинать лучше с первой фразы.

Первая фраза — это такая фраза, без которой невозможно начать роман.

После того как написана первая фраза, достаточно написать вторую фразу.

Вторая фраза — это такая фраза, которая стала первой среди вторых фраз.

После второй фразы достаточно написать третью фразу. Потом — четвертую. И так далее — до тех пор, пока не напишется весь роман.

Как кончать роман?

Кончать роман надо сразу. Одной фразой. А именно — последней фразой.

Последняя фраза — это такая фраза, после которой уже не хочется продолжать роман.

Теперь вы знаете, как написать роман. Поэтому писать роман вам уже не обязательно.

Все вы хорошо знаете стихотворение Пушкина «Пророк». Нет, не про рок-музыку, а вот это:

Ну и дальше в таком же духе.

А мы с Роговым этого стихотворения не знали. То есть мы знали, что такое стихотворение имеется в книгах, но вот о чем оно, тем более наизусть, мы не знали. Да, честно говоря, и не хотели знать.

Рогов так и сказал:

— Зачем нам свои головы лишними буквами забивать? Тебя к доске вызовут — я тебе подскажу. Меня вызовут — ты мне подскажешь.

Вызвали Рогова.

Он смело вышел к доске и громко сказал:

— Пушкин. «Пророк».

И на меня так смотрит. Выжидающе.

А я — надо же! — никак не могу в книжке страницу нужную отыскать.

Учительница наша, Юлия Францевна, что-то записывает в свои бумаги и говорит:

— Хорошо, Рогов.

Рогов говорит:

— «Пророк»! Пушкин — наш пророк!

Юлия Францевна, не отрываясь от своих бумаг, говорит:

— Ну-ну, Рогов. Начинай.

Рогов говорит: