- Не больше, чем тебе сейчас. Тоже любопытство тянуло на проклятый остров. Если бы не одна красотка, я бы оттуда не выбрался…
Харви продолжал ностальгически вспоминать свою красотку. По описанию она была похожа на Фиш Муни, но Джима волновало не это.
- Харви скажи, мои вещи, они на месте?
- Конечно.
- Точно?
- Да кому они нужны? Лохмотья одежды да полицейский значок… – Джима не оставляло волнение, а потому Харви с неохотой добавил. – Остынь, ты не потеряешь этот долбанный ключ, даже если выкинешь его в готэмский залив. Уж поверь мне, я пытался не раз от него избавиться…
Осознание пришло, как гром среди ясного неба. Джим по-новому смотрел на своего напарника. Этого не могло быть.
- Харви, почему ты меня предупреждал? Кем ты был в тот момент? Кем ты был там? Человеком в совиной маске? Пугалом на стене? Кем, Харви? – Джим попытался сесть, но обессилено повалился на подушку.
- Ты ведь, не плохой парень, Джим, – Харви понуро мял газету, глядя себе под ноги. – Я не знаю, почему ты должен был там оказаться, но видимо что-то было, раз это произошло. Я не мог ни помешать тебе, ни помочь. – Он отложил измятую газету на столик и остервенело почесал затылок. – Ты спросил, кем я был там. Но Аркхэм работает не так… Как же объяснить это? Ты знаешь, я не мастер во всей это мути. Просто, понимаешь, ты всё время был в темноте, тебе казалось, что ты видишь что-то, что-то такое делаешь, но это только наполовину правда. Поэтому ты не мог меня видеть, но мог слышать мой голос. Я пытался давать тебе подсказки, но до тебя и докричаться-то было проблемой. Ты почти меня не слушал. Всё дальше уходил на дно. И я… сделал то, что сделал. Так что… – Харви развёл руками. – Я очень рисковал, отдавая тебе ключ. Я не просто мог остаться там навечно ещё одним психом, я мог позволить выйти из Аркхэма не тому человеку… И я, и ты теперь знаешь, о чём я говорю. Если бы ты убил не того, мы все оказались бы в такой заднице…
Джим пытался переварить сказанное Буллоком. У него было много вопросов, но задать их он не успел. Медсестра вкатила в палату тележку, и Джим на секунду забыл, что он не в Аркхэме. Пульс подскочил, и он попытался хотя бы отползти к краю кровати.
- Спокойней, Джимбо, – придержал его за плечо Харви. – Всё в порядке. Ты выбрался и это хорошо. Всё ведь наладится. Да, Джимбо?
Харви смотрел, почти умоляя подтвердить его слова, и Джим поспешно кивнул.
- Да, Харв. Теперь всё будет хорошо.
Они оба понимали, что это не правда. Наглая ложь, потому что в его вещах, в кармане потёртого плаща всё так же лежал заветный ключик с оттиском совы. Он знакомо холодил руку даже на расстоянии, он напоминал, что Джим в любой момент может вернуться обратно, что в Арккхэме его ждут. И хуже всего было то, что он сам хотел этого.
«Всё будет хорошо», – повторил Джим уже для себя, когда смотрел в зеркало у себя дома на следующий день после выписки. Буллок сильно преувеличил, сравнивая его с узником концлагеря. Он действительно поседел, под глазами залегли глубокие тени, но едва ли он отощал. Глупости. Крепкий сон и хорошая стряпня вернули его в строй, но в участке ему всё равно дали ещё неделю больничного, чтобы прийти в себя.
Новый костюм сидел отлично. Джим вышел из дома и плотнее запахнул ворот плаща от ночного холода.
Харви был прав – если кто-то не вернулся, значит, Аркхэм забрал своё, и если Джим Гордон даже на секунду подумал, что окончательно освободился, то он был ещё глупее Эда, что верил в свою непогрешимость. Пёс даже на очень длинном поводке не убежит дальше, чем ему позволено.
После разговора в больнице Джим больше не видел напарника. На работе ему сказали, что он ушёл на пенсию и уехал куда-то в Майями. Никто даже не удивился, что пропойца-Харви не закатил по этому поводу шумную пирушку. Смешно.
Джим не далеко отошёл от дома. Расстояние не имело значение. Эта тёмная подворотня ему нравилась, было в ней что-то от нижнего Готэма. Джим подошёл к первой попавшейся двери и даже не удивился, когда ключ подошёл к замку как влитой и плавно провернулся. Петли скрипнули.
На секунду он усомнился, что сделал всё верно, но все тревоги отступили, когда перед Джимом открылись двери шумного заведения. Играл оркестр, на сцене танцевали красотки в перьях, между столиков мелькали юркие официанты, публика наслаждалась выпивкой и проворачивала свои незаконные делишки. И где-то здесь был Харви. Джим не сомневался, что разыщет его и перешагнул порог.
====== Финал третий ======
/Среди безумных сам становишься безумным и, более того, начинаешь находить в безумии некую прелесть/
Джим Гордон шёл по бесконечным коридорам Аркхэма. На нём была форма охранника старого образца и фуражка, а ещё при нём был фонарик, старая рация, которая, впрочем, давно не работала, и ключ от всех дверей. Он патрулировал этаж, осматривая каждый закоулок, проверяя каждую палату и её пациента. Жалкие тени бросались прочь от тусклого света фонарика. Они его боялись. Не фонарика.
