Не последнюю по значению перемену к лучшему в жизни Армина внесла работа женских рук, в которой здесь поистине давно нуждались. Никто бы не поверил, какие кучи мусора выгребла Жофка из закоулков «исторического зала» и из-под громоздкой мебели; кучи эти потом выносил Незмара.
Нижнее белье Армина просто молило о милости. И милость была оказана с энтузиазмом и в полной мере. Жофка почла делом своей чести доказать, что прежде поступления на «Папирку» она работала швеей на фабрике белья. И хотя ее требование доставить швейную машинку было отклонено — все же небольшой, в три дверцы, шкафчик (в стиле Генриха IV), не украшенный никакой росписью, зато запирающийся, а посему прекрасно подходивший на роль комода, вскоре заполнился и новой и починенной свежестью. Жофка наделала несколько вмятин, привинчивая свои штопальные машинки к столу (стиль Генриха IV) — эта прекрасная имитация отличалась от дубовых оригиналов мягкостью материала, — зато в носках пана Фрея, пострадавших больше всего, не осталось ни одной дырочки.
Но наиболее полезной оказалась Жофка в переплетном деле, проявив понятливость и сноровку; при том что заказы на художественное исполнение, поступавшие к Армину даже из-за границы, оплачивались очень высоко, такая помощница была ему весьма кстати.
Жофка Печуликова сделала Армина совсем другим человеком, возведя его в ранг божества; стильное жилище его приобрело вид святыни при усердном и глубоко верующем причетнике. Часто, особенно когда она занималась шитьем, тихая, как мышка, Армин взглядывал на нее, смотрел в ее большие, пылающие синевой глаза, устремленные на него до того неподвижно, что ей приходилось встряхиваться, чтобы принять обыденное выражение. Если уж это не признак глубокого обожания, то что же тогда?!
Порой ее упорные взгляды, казалось, силились что-то вытянуть из него, он ощущал их на себе такими настойчивыми, что невозможно было не взглянуть на нее в ответ. Так было и сегодня, когда они сидели за столом теплой майской ночью. Армин должен был посмотреть на нее, он не мог иначе; отрывая взгляд от журнала, он отметил пальцем то место, на котором остановился, — английский текст давался ему с трудом. Но на сей раз он не улыбнулся Жофке, разрешая подбежать, обнять себя и сесть к нему на колени.
Каждый молча вернулся к своему делу — Жофка к протертой пятке на его носке, Армин к «Библиофилу», где была напечатана статья, в высшей степени для него интересная.
«От редакции», — гласил ее заголовок, набранный броским шрифтом, а ниже говорилось:
«В январском номере мы поместили под заголовком «Найден сорок второй и последний экземпляр Устава ордена Св. Духа?» заметку о новом приобретении американского коллекционера из Филадельфии, которому посчастливилось за невероятную цену в 80.000 долларов купить сорок второй экземпляр этого Устава. Затем мы получили комментарий к этой заметке от весьма уважаемого эксперта, который и приводим без сокращений».
