– Грегори, не торопи события, ты сейчас обесцениваешь наш подвиг.
– Но человеколюбие не моя сильная сторона, ты же знаешь, Раймонд.
Примерно через полчаса, переодетые в сухие льняные рубашки и панталоны, Лиза и Хи́рото сидели в шезлонгах, попивая черный кофе с корицей и булочками.
– Ешьте, ешьте, – говорил Раймонд. – Нам запретил врач мучное и спиртное. Но мы всё равно печем на завтрак булочки с изюмом и в сахарной пудре.
– Нам приходится потом удерживать друг друга от необдуманных поступков и кормить этих наглых жирных чаек.
– Это радость, что вы съедите сегодня этот запрещенный соблазн.
– Вы бы непременно утонули, если бы я не подарил этому шалуну на нашу годовщину подзорную трубу.
– Конечно, мы же теперь плаваем на яхте. Мы, можно сказать, дети капитана Гранта.
Лиза впервые за это утро улыбнулась.
– Не смейся, девочка, мы плыли в Доминикану, там у Раймонда вилла. А приплыли сюда.
– Навигатор пошутил.
– Просто признайся, что моряки из нас никудышные!
– Зато мы видели, как упала… как тебя?
– Лиза.
– Раймонд, очень приятно!
– Грегори, очень приятно!
– И мне очень приятно, – ответила ошеломленная Лиза. Она только что могла утонуть, а теперь два загорелых, в смеющихся морщинах чудака разглядывают ее, не стесняясь, и засыпают вопросами.
– Мы и правда очень благодарны, – она откусила кусочек булочки. Он мгновенно растаял на языке, оставив послевкусие ванили. – М-м! – Лиза не смогла сдержать восторга.
– То-то же! Это лучшие булочки к завтраку.
– Я бы ими и обедала, и ужинала, – восторженно сказала Лиза.
Хи́рото усмехнулся.
– А вы почему не едите, Хи́рото?
– Не люблю сладкое.
– Как это грустно. Те, кто не любит сладкое, обычно не верят в дружбу, любовь и прочие глупости.
– Так и есть, – ответил Хи́рото.
Повисла неловкая пауза.
– А мы вышли на пенсию и занялись археологией, – разрядил обстановку Грегори.
– Как интересно. А я гид в Аликанте, – представилась Лиза.
– Мы как раз решили заехать в этот славный город.
– А сколько стоит ваша экскурсия?
– Цена всех моих экскурсий для вас – моя спасенная жизнь. В любой момент я к вашим услугам.
– Милейшая, милейшая!
– Ну вот, видишь, – обратился Грегори к Раймонду, – а ты был с ней поначалу груб.
– Нас интересует история тамплиеров.
– Даже так? Как интересно… – снова произнесла Лиза и переглянулась с Хи́рото.
– Да, мы ищем следы этого ордена по всему миру. Хотим сделать каталог с фотографиями.
– Это очень здорово.
– Да, вот, например, оказывается, существовал так называемый стол раскаяния. Да-да, La mesa. И эти столы делали из остатков древних реликвий. Это как если бы дольмен возрастом двенадцать тысяч лет разбить на куски и сделать стол. Говорят, что на этих поверхностях можно создавать магические амулеты, – начал рассказывать Раймонд.
– Как и уничтожать их. Священный камень не даст спрятаться, исчезнуть бесовской вещице, – поддакнул Грегори.
– И вы думаете, в Аликанте есть такой стол? – спросил Хи́рото.
– Уверены!
– И где, по-вашему?
– Мы пока не знаем. Но предполагаем, что это должно быть место слияния нескольких стихий. Это вода, камень, воздух, – сказал Грегори.
– Я представляю каменную куполообразную пещеру, где есть вентиляция и вода. Там может быть этот камень, – добавил Раймонд.
– Музей воды? – Лиза удивленно смотрела на них.
– А это пещера?
– Ну, в общем, да. Только она не всегда открыта для посещений.
– Мы обязательно туда попадем!
Пришвартовавшись в порту Аликанте, Раймонд и Грегори долго обнимали Лизу и Хи́рото, потом друг друга.
Хи́рото остался с Лизой на причале.
– У меня в рюкзаке были ключи от дома и телефон, – вздохнула Лиза.
– Телефон тебе спас жизнь. Как ты догадалась позвонить Яне?
– Не знаю. В фильме каком-то видела.
– Во всяком случае, это сработало.
– Спасибо, что прыгнул за мной.
Хи́рото кивнул. Рядом с ней ему было сложно сосредоточиться.
– Думаю, Мар приедет сейчас, мы подвезем тебя до дома. Грегори передал по рации сообщение для Яны. Я тоже утопил все свои гаджеты.
Лиза ничего не ответила. Она стояла, низко опустив голову, и думала, что ничего не смогла поделать с тем, что чувствовала к этому человеку.
– До моего дома пешком двадцать минут. Я дойду сама, не провожай.
– Лиза.
– Хи́рото… Не надо. Прощай.
Она развернулась и быстрым шагом пошла прочь, приказав себе больше не думать обо всём случившемся. Ей даже показалось, что Арес со всем своим неприкрытым садизмом более человечен, чем Хи́рото: он не лжет ни себе, ни окружающим. Делает то, что считает приемлемым для себя. Он еще раз ей продемонстрировал, что если Хи́рото рядом, то она непременно попадает в опасность. Краткая поправочка: в смертельную опасность. Хи́рото – лишь фейерверк, запущенный в небо летней ночью, он растворится в утреннем тумане с первыми лучами солнца.
На пороге дома сидел ее бывший. При виде Лизы он встрепенулся, словно испуганный воробей, и посмотрел на нее огромными жалостливыми глазами.
«Это уже становится смешным…» – подумала она.
– Привет, Лиса! Как ты поживаешь?
– Привет, Марио. У меня всё хорошо.
– Что с твоим лицом? Ты попала в аварию?
– Нет, просто несчастный случай.