Оставалось понять, как совладать с шестерыми мёртвыми пиратами в трапезной. Надеюсь, мои союзники мне подскажут. Шакс не давал конкретных указаний насчёт их устранения. Значит, с ними скорее всего можно справиться так же, как и с Адской Гончией – путём драки.
У меня практически всё было готово. Тогда я решила посмотреть, что за книги я нашла. Итак, у меня Хроника семьи Неверри и некая Книга Запретного Злого Знания. Хроника написана витиеватым неудобочитаемым почерком. Я не представляла, с какого места её начать изучать, и стоило ли; представляла ли ценность она для меня лично. В любом случае, для семьи Неверри это очень ценный подарок, если Джакомо-старший действительно вёл правдивую историю семьи. Книга Запретного Злого Знания мне представлялась более практичной.
По размеру и габаритам она была таковой, что её вполне можно использовать как ударное оружие, щит или таран. Скиталец просил не открывать её, но очень уж хотелось. Не сколько из любопытства – сколько из желания "доверять, но проверять". Я почувствовала своим долгом посмотреть, исследовать эту книгу, прежде чем идти только с ней одной и в остальном с голыми руками к Дагону. То, что оружие – книга, я никак не могла осознать. Я была уверена, что Скиталец даст мне в качестве оружия хотя бы очередной нож, а ещё лучше – волшебный меч-кладенец, испускающий из себя лазерные лучи или атомные бомбы.
Я положила большущую инкунабулу на стол и ещё раз осмотрела обложку, теперь при дневном свете.
Во мне включилось мышление скептика. Должно быть, я понабралась от Мелькора. Мелькор изначально не очень-то верил в успех предприятия. Ему было и так хорошо – с проклятьем или без. Он привык. Астр – тоже. Астр полюбил чтение. Наверняка раза по три прочитал книги, находящиеся на чердаке: библиотека там была весьма скудной, не такой, как главная, на втором этаже.
Неверие и любопытство – полезные качества. Неверие помогает выживанию: если бы человек поверил бы тем, кто хочет его обмануть – он бы погиб. Любопытство тоже способствует выживанию. Если бы человек не поинтересовался в своё время у старины Прометея, как разжигать огонь – он бы тоже погиб. Но иногда неверие и любопытство играют против тебя. Если бы я просто приняла как данность, что книга убьёт Дагона, не случилось бы того, что случилось.
Я подозрительно оглядела Книгу Запретного Злого Знания ещё раз, а потом открыла её. С форзаца. Намереваясь просто полистать.
Такой странной книги я никогда не видела раньше. На первых листах – абсолютно ничего. Затем я начала листать, и мне показалось, что на страницах стали проступать буквы, сами по себе, возникая изниоткуда. Я отлистала несколько листов назад – они уже не были пустыми. Почувствовала накатывающее головокружение, а ещё ощущение, что куда-то падаю, проваливаюсь в пустоту, но не обратила на это внимание. Мне стало ещё любопытнее, что в книге, что это за буквы такие.
Язык и начертание были похожи на те самые буквы, которые я пока не могла расшифровать – на вырванных листах из книги, заметка, статья или глава про Дагона. То есть я пока не могла расшифровать этот язык, понять, о чём в этой книге. Тут мне вдруг стало казаться, что буквы снова меняются и вроде бы приобретают обычный, родной язык. Но лишь отголоски слов, букв, которые никак не складываются в привычные слова. А выглядят либо тарабарщиной, либо "призрачным письмом" – так называется феномен, когда медиум, выходя на контакт с астралом и духами, самопроизвольно пишет то, что диктует ему подсознание, считывающее информацию из Небытия.
Головокружение усилилось. В голове забили колокола. Я почувствовала сильный спазм боли. Когда я перевернула ещё одну страницу, то вместо белого листа и букв увидела там сплошную черноту. Поглощающую, затягивающую, высасывающую душу и все соки. Я стала терять сознание, ещё меня кольнула очень острая боль в сердце. Горло сдавило, я не могла дышать. Каким-то чудом мне удалось захлопнуть книгу, после чего я упала на пол библиотеки и окончательно вырубилась.
Очнулась спустя несколько часов. Голова всё ещё гудела. Я была ошарашена, дезориентирована. Трудно было поверить и осознать, что меня до такого состояния довела обычная книга. Я читала раньше газетные утки про "самые страшные книги в мире" – гримуары известных колдунов и гипнотизёров, дневники сатанистов и прочую архистрёмную литературу. Но та информация представлялась мне лишь страшилками для широкой общественности, не заслуживающими серьёзного отношения.
Читала я также исследования некоторых учёных и эзотериков об энергетике книг. Например, о том, что каждая книга содержит в себе мыслеформу того мира или замысла, которую поместил в неё автор – подобно тому, как каждая фотография – это миниклон, миникопия человека-модели. Согласно этой теории, если вы взяли в руки детектив, подержали его, не открывая, а потом убрали себе на ночь под подушку или положили в изголовье – вам приснится сюжет. Вы сможете узнать героев, их приключения и кто убийца. Это произойдёт от того, что ваше подсознание войдёт в контакт с волновым полем, аурой книги.
