Спустя пару минут куб исчез. Вернее, на ощупь-то он как был, так и остался, а видимость утратил – за вычетом дюжины плоских бурых мазков, висящих прямо в воздухе. У наших ног лежал квадрат голой земли, местами зеленоватой, местами желтовато-серой, и что-то на нём копошилось крохотное. Стелились дымки, мигали микроскопические вспышки…
– Слушай, – еле выговорил я. – По-моему, там воюют…
Если до сей поры происходящее представлялось нам не более чем нелепым (кому-то за каким-то лешим понадобился кубический метр пространства для хранения кубического метра некоего вещества), то теперь на нас явственно пахнуло чертовщиной.
Боязливо оглядываясь на голый квадрат земли, мы вернулись в хибарку. Хряпнули залпом то, что оставалось в рюмках, и снова выглянули в окно. Куб успел помутнеть – покрылся всё тем же буроватым налётом, обрёл прежние очертания.
Где-то неподалёку рычали двигатели, лязгали гусеницы. Такое ощущение, что к дачному посёлку направлялась колонна экскаваторов. Или бульдозеров. Должно быть, кто-нибудь из соседей, позавидовав Макарке, тоже решил отстроиться.
– Ну а что? – попытался я вернуть себе уверенность. – Мало сейчас наизобретали всякого? Выйти в Интернет, посмотреть, как называется…
– Не нравится мне, что там воюют, – сдавленным голосом признался Макарка.
– Кто тебе сказал, что воюют?
– Ты!
Да. Действительно. Сказал…
– Кар!.. – раздалось за окном.
– Пошла ты… – пробормотал Макарка.
– А ну-ка давай логически! – потребовал я. – Собственно говоря, какая тебе разница, из чего он, этот куб, сделан! Гранит у него там внутри или что другое… Ты сдал землю в аренду. Вот договор. Что тебя, собственно, беспокоит?
– Всё, – последовал мрачный ответ.
Да. Это Макарка, и ничего с ним не поделаешь. Раньше моего друга беспокоило отсутствие источника средств, теперь, как видим, беспокоит его наличие. Чем бы ни занимался Макар Аверьянович – страхи, страхи, страхи, и, как правило, сбывающиеся.
– По-моему, меня опять подставили, – заговорил он, как в бреду. – Зачем вообще аренда? Почему они держат это на чужой территории? Почему не на своей?
– Допустим, своей нету, – предположил я.
Он бросил на меня диковатый взгляд и вновь представил худшее. Стадо механических динозавров, судя по громыханию, пёрло уже через посёлок. Хорошо, что Макарка успел оборудовать внутренний загон для своего белого «ауди», а то бы пришлось сейчас отгонять его чёрт знает куда. Улочка-то узкая.
– Видел, сколько они платят? Цифру видел?
– Видел.
– Да за такие деньги можно целиком участок купить. Обнести забором…
– А! Так забор, значит, не твоя инициатива?
– Нет. Моя…
Тут его, видать, осенило: рот приоткрылся, глаза обезумели.
– А вдруг это они и арендовали? – вопросил он замирающим голосом.
– Кто?
– Ну… те, которые… в кубе… Воюют которые.
Мы уставились друг на друга. Утробное рычание двигателей и полязгиванье траков смолкли. Видимо, тяжёлая строительная техника добралась до нужного участка.
– Так, – сказал я, чувствуя прилив решимости, приключавшийся со мной каждый раз, когда шарики заходили за ролики. – Во-первых, выпей… Выпей-выпей! В себя придёшь… Во-от, молодец! Теперь во-вторых… Ты ж с ними по гаджету по своему общался! Что ж они, получается, из куба этого тебе звонили?
– Куба тогда ещё не было…
– Тем более! Как бы они тебе позвонили, если их не видать совсем?
– Н-ну… могли увеличение дать…
– Ага… Значит, крохотные такие воинственные человечки, но в костюмчиках, очках и при галстуке?
Макарка помолчал, подумал.
– А может, анимация… – тревожно помыслил он вслух. – Графика какая-нибудь компьютерная… Поди разбери…
– Стоп! А посредник? Этот… как его… Ты с ним встречался?
– Нет.
– Как «нет»? Ты ж договор подписывал!
– Договор по почте пришёл.
– Обратный адрес был на конверте?
– Был. Да он и в договоре есть…
Ах да… Я взял со стола копию договора. Поколебавшись, вынул свой сотик, набрал номер.
– Вы позвонили в адвокатскую контору Волшеуха, – известил любезный девичий голос. – К сожалению, Алексей Алексеевич в данный момент отсутствует. Если хотите оставить сообщение, пожалуйста, дождитесь звукового сигнала – и…
Я хотел дать отбой, но телефон отключился сам. Деньги кончились.
– Да кто там грохочет? – с досадой сказал Макарка.
В калитку стучали. Судя по всему, кулаком. Пласт металлопрофиля заметно подрагивал. Ослепительно-белые солнечные зайчики отпрыгивали вверх и вниз от точки, куда с той стороны приходили удары.
– Может, арендаторы пожаловали?
– В смысле?
– Выяснить, почему ворон не гоняешь…
– Да иди ты…
Мы вновь покинули хибарку и направились к воротам. Стук не утихал.
– Для грабителей вроде рановато… – пробормотал я.
Макарка не ответил. Достигнув калитки, он отвёл металлический кружок и припал к глазку. (Потрясающе! Дачная калитка была снабжена глазком!) Тут же отпрянул и повернул ко мне искажённое страхом лицо.
– Атас! Машка!.. – произнёс он одними губами. Потом во весь голос: – Минутку! Сейчас за ключом схожу…
Оттащил меня подальше и прошипел:
– Накрой чем-нибудь… Вообще замаскируй…
