Я поднял глаза от налоговой декларации и огляделся. Комната была пуста. Впору предположить, что усталый мужской голос возник в замороченной моей голове сам собою, но, во-первых, такого со мной не случалось ещё ни разу, а во-вторых, я точно мог указать, откуда именно он раздался. Из кресла в углу.
– Стоит ли?.. – проникновенно добавил голос.
Я встал из-за стола и, подойдя к креслу, внимательно его осмотрел. Ничего похожего на видеокамеру с динамиком обнаружить не удалось.
– Ну люди… – процедил я и вернулся за стол.
По дороге мысленно перебрал знакомых. В подозреваемые из них не годился никто: у одних плохо с деньгами, у других – с фантазией. Кроме того, начинить кресло электроникой – это ж ещё и в квартиру проникнуть нужно!
– Люди?.. – озадаченно переспросили вслед. – Почему люди?
– А кто? – Волей-неволей пришлось вступить в беседу. – Инопланетяне?.. Валька, ты, что ли, прикалываешься?
– Может, мне вам показаться?
Такое чувство, будто незримый владелец голоса был слегка позабавлен моим поведением.
– Сделайте одолжение!
– В каком виде?
– В каком есть, в таком и покажитесь.
В углу хмыкнули.
– Нет. В каком есть – это я вам всю мебель пожгу. Давайте-ка так…
В кресле возник неброско одетый мужчина без особых примет.
Я сглотнул. Потом покосился на окно. За стеклом пушило февральским снежком двадцать первое столетие. Наизобретали хренотени…
Встал и, снова подойдя к креслу, ткнул голограмму пальцем, заранее уверенный, что сопротивления тот не встретит.
Палец упёрся в живую плоть.
Опаньки! Стало быть, не врали по ящику, что вот-вот телепортацию освоят. Стало быть, и впрямь освоили… Нетвёрдым шагом я приблизился к бару и, ошалело оглянувшись, наполнил рюмку. Выпил единым духом. Налил вторую.
– Тогда и мне заодно… – услышал я.
Руки подрагивали. Тем не менее с грехом пополам просьбу удалось выполнить. Вручил рюмку, чокнулся машинально.
– Что вам надо? – хрипло спросил я.
Незнакомец огорчился.
– Ох уж эта мне современная психология! – посетовал он. – И не спросит ведь даже: кто такой? Сразу к делу: что надо? Ну хорошо! Мне надо, чтобы вы указали в налоговой декларации настоящую сумму ваших доходов…
Дрожи – как не бывало.
– А-а… – понимающе протянул я. – Вон вы откуда…
Он фыркнул и залпом проглотил свой коньяк. До ответа не снизошёл.
– Ладно! – сказал я. – Кто вы?
– Допустим, дьявол, – внятно выговорил он, не сводя с меня утомлённого взгляда.
– Допустим! – принял я вызов. – А я вас приглашал?
– Нет.
– А чего ж тогда?
Он пожал плечами:
– Сам…
– Нет, позвольте! – подсёк я его. – Без вызова, насколько мне известно, вы работаете только со святыми! Ну там соблазнить… с пути сбить истинного…
– Случается. – Он кивнул.
– Адрес не перепутали? Я ведь не Антоний, даже не Лютер! Меня-то с чего сбивать?
– Пожалуй, что не с чего, – не стал спорить он.
– Тогда… – Я задумался.
Дьявол… Хорошо хоть не коллектор… Неужто и в аду кризис? Сами клиентам навязываются…
– Душа понадобилась? – спросил я на всякий случай.
– Нет. – Он поморщился.
– То есть как это нет? – возмутился я. – Плохая, что ли?
Назвавшийся дьяволом пристально взглянул мне в глаза.
– Ну почему же… – чуть помедлив, ответил он. – Душа как душа…
– Так, – решительно проговорил я, пододвигая сервировочный столик и ещё одно кресло.
Сел напротив, уставился в упор.
– Что надо? – повторил я с угрозой.
– Я же сказал уже: укажите в декларации настоящую сумму доходов…
Или он из меня праведника сделать хочет? Чтобы потом с пути сбить…
– Слишком глубоко копаете, – брюзгливо заметил гость, хотя вслух я не произнёс ни слова. – Праведник нашёлся…
Я крякнул и, устыдившись, разлил ещё по одной.
– Хорошо! – сказал я. – Допустим, укажу. Настоящую сумму… И что я с этого буду иметь?
Выпили.
– Ничего, – безразлично обронил он.
– Н-ни фига с-се… Почему?
– А сами подумайте! Я предлагаю вам доброе дело. Но если я за него заплачу, то какое же оно будет доброе? Сказано: получают уже они награду свою… Писание читали?
– Минутку! – потребовал я. – Вы – дьявол?
– Дьявол.
– Вам-то какая выгода в добром деле?
– Прямая.
– Поясните!
Он повертел в пальцах пустую коньячную рюмку.
– Скажите… – задумчиво начал он. – Вам нравится этот мир?
– То есть?..
– Н-ну… там… весна, травка… яблони цветут на даче… девушки ходят… Нравится?
– Д-да… А к чему вы…
– Вам ведь не хотелось бы всё это потерять?
– Пугаете?
– Предостерегаю… И не надо на меня так смотреть! Будто сами не знаете, что творится в мире! Чаша грехов, можно сказать, полна. Как только переполнится – Страшный суд. То есть конец света. Травке конец, даче, яблонькам… Оно вам надо?
Я прикинул:
– Пожалуй… н-нет. А вам?
– Вот и мне не надо…
– Почему?
– Почему не надо?! Да потому, что после Армагеддона я просто перестану существовать! Как и вы, кстати!.. Так что не кобеньтесь, укажите настоящую сумму. Одним грехом меньше…
– Да что за детский сад! – взорвался я. – Даже если укажу! Я что, один декларацию заполняю? А остальные?
– С остальными тоже сейчас работают.
– Кто?
– Я.
– О ч-чёрт!.. – Поднялся, сходил за пепельницей. Достал сигареты. – С куревом ещё не боретесь? – ядовито осведомился я, присаживаясь вновь.
– Нет, – буркнул он.
– Тогда закуривайте.
