Проекты 'Барса', 'Кита', 'Нарвала' и даже легендарной немецкой 'двойки' были отклонены в своем известном воплощении. Однокорпусность для подводной лодки, чей срок службы - минимум двадцать лет - это приговор. Ровно как и внешние торпедные аппараты.
Знать досконально устройство немецких подводных лодок времен Второй Мировой войны не может ни один адекватный человек. Если только он не корабел и не занимался моделированием. А уж Михаил подходил по обоим параметрам.
Как всегда, поставив задачу, Илья не интересовался сложностью ее выполнения. Для него было просто сказать - 'мне нужна нормальная подводная лодка до конца года' - и понимай его как хочешь. Между прочим, 'Дельфин', 'Барс' и другие лодки времен начала века -тоже 'нормальные'. Просто господин особый советник не имел их правильно готовить.
Что делать проще - улучшать худшее или упрощать лучшее? На вкус и цвет - товарищи, как гооврят людоеды, разные. Поэтому и однозначного ответа нет.
Михаил пошел по пути упрощения. Взяв за основу проект немецкой 'семерки', которая, к слову, в виду своей 'популярности' имела наибольшую известность, он выбросил за борт все лишнее, максимально упростив лодку. Заменив сварку на привычную для мира клепку, пришлось существенно пожертвовать глубиной погружения, поскольку клепанный корпус значительно проигрывал в герметичности сварному.
Так же на свалку истории ушло радио, замененное телеграфом, системы внутренней связи между отсеками пришлось заменить амбущюрами. Естественно предусмотрев возможность их герметизации на случай повреждения отсеков (в такие моменты Михаилу дорогого стоило сдержать в себе весь поток эмоций. Для маститого корабела установка такой системы связи на корабле нового поколения была таким же святотатством, как если бы кто-то додумался подрезать на автомобиле пружины, лишь бы уменьшить клиренс. Согласитесь - бред же.)
Две недели спустя КОС ЕИВ, а так же этот самый ЕИВ увидели чертежи головного корабля проекта 'Волчья стая'. И, надо признать, первый взгляд Николая Александровича Романова на новое 'чудо-оружие' был таким же, каким он был у Михаила, когда он впервые поучавствовал в портовых боях Симулятора.
В Симулятор он попал едва ли не случайно. Увидел ссылку на форуме друзей-заклепочников, скачал клиент и понеслось...
Бои, прокачка, флоты...Всего и не упомнишь за то время, что играли.
Комфортно это - когда находишь с кем по душам пообщаться. А, в симуляторе таких ребят было море. Как минимум - в его флоте больше полусотни капитанов под предводительством беспредельного адмирала Марномакса.
Помнится, игрок Косуха из флота РИФ даже назвал Илью - "безумным Максом". Впрочем, не будем кривить душой - обоснованно. Нет, как человек, Илья в большей части нормален и даже адекватен. Но, стоит затронуть одну из невидимых струн его души - и все, туши свет.
Так, тесные ряды Тихоокеанского флота покинули Пейнкиллер, ЛешаЛата, Влад - Илья просто избавился от конкурентов, которые как-то в шутку решили, что неплохо бы отстранить "безумного адмирала" от власти и самим возглавить флот. Расправа была короткая. Во мгновение ока все трое вылетели из всех возможных флотских конференций. А уж то, что Илья смог весь флот настроить против этих троих - тут можно только руками разводить, глядя на то, как бывшие соклановцы с упоением расстреливали троих своих товарищей - 'ренегатов' из боя в бой. А, стоит признать - в угоду своему эго, Илья пожертвовал чуть ли не ближайшими своими друзьями - ведь когда-то Пейнкиллер, Влад, Лешалата были вместе с ним в первом составе ТОФ. Что ж, как любит повторять сам "адмирале" - он "ревностный и беспричинно жестокий". Впрочем, эту фразу он позаимствовал.
К чему такое лирическое отступление? Чтобы дражайший читатель смог понять, какими были чувства, промелькнувшие на лице царствующего мужа.
- Вы уверены в том, что сможете воплотить в металле то, что задумываете? Ведь это механизм из вашего времени...
- Вне всяких сомнения, - тон, выражение лица, даже поза, в которой Малкольм находился, ведя переговоры с первым лицом Российской Империи, указывали на пресловутый стереотип о том, что в каждом перербуржце 21 века заключена душа дворянина века 19. Во всяком случае, лдаже невооруженным взяглядом было видно, что Малкольм пришелся Николаю по душе.
Довольно много времени Малкольм и Николай проводили вместе. Бесконечные совещания, которые могли затянуться глубоко за полночь, после которых императорская канцелярия рожала новый документ за подписью Его величества.
Если можно было сравнить Россию после вмешательства попаданцев с человеком, то страна представляла из себя больного сильнейшей простудой человека, который ко всему прочему делал 'покерфейс', несмотря на то, что его знобило и трясло.
Но, как любил приговаривать Дрон - один из подчиненных Михаила в группе 'корабелов' - 'Наше дело маленькое - нам сказали, мы делаем. Будем думать - не будем делать.'
