В пользу его теории говорило и странное поведение Малкольма, который без какого-либо согласования с Михаилом, просто поставил перед ним задачу - подготовить к консервации "хлам" Балтийского флота - броненосцы 'Николай I', 'Александр II', броненосные крейсера 'Корнилов', 'Память Азова', 'Владимир Мономах', 'Нахимов' которые в настоящий момент больше походили на утилизированные, простите - законсервированные корабли. Лишенные орудий и большей части команды. Последняя, к слову, была в полном составе переведена на огромные трансатлантики Доброфлота и примерно как две недели назад покинула порт приписки. Официально, по версии ГМШ, корабли должны были пройти значительную учебную программу перехода с Балтики вокруг Африки с переходом на Черное море. На трансатлантиках было немало рекрутированных только что выпущенных из училищ офицеров и инженеров, что лишь подтверждало такого рода версию. В меньшей степени этой версии соответствовали орудия в трюмах, снятые со "старичков", а так же запасы брони, механизмов и снаряды, ну никак не соответствующие по калибрам тем, какие находились в трюмах. Возглавлял первую учебную эскадры особый советник Влад Россштурман. И, что особо примечательно - Черное море не так давно покинула вторая учебная эскадра, в точности дублирующая первую. Правда, возглавлял ее особый советник Денис Блад, и маршрут эскадры был проложен через Средиземное море с заходом в порты Греции, Италии, Испании. Что примечательно - Францию обе эскадры посещать не намеревались, что дало газетчикам поле для рассуждения.
А Инкоруптблу эта информация дала пищу для ума. Впрочем, для себя он объяснение нашел быстро - Илья старался тайно протащить как можно ближе к театру боевых действий ЗИПы и пополнение личчного состава взамен выбывшим из строя. Все же, расчитывать на приход учебной эскадры раньше чем через полгода было бы слишком оптимистично. Только вот, численность перевозимых команд тянула никак не на "докомплект", а на личный состав небольшого флота.
- Пожар почти потушили, но, как говорят мастеровые - сгорело все начисто, - басил рядом идущий поручик Лехорьев, в вью сферу ответственности попадал проект 'Волчья стая'. Сравнительно молодой, но въедливый и кропотливый, он получил назначение лишь с месяц назад, но активно справлялся со своей работой.
- Сколько эллингов подожгли?
- Один, ваше благородие. В остальных мастеровые были, туда они не сунулись.
- Где поджигатели? - Сухо осведомился Михаил.
- Доставили в Елагинский по указанию советника Малкольма.
- Известно кто такие?
- Выясняем.
К тому моменту, как он добрался до места пожара - точнее сказать - поджога, пожар уже успели потушить. Несмотря на апрельскую прохладу, Михаила бросило в жар, едва он посмотрел на последствия.
Специалистом по поджогам он никогда не был, но сам факт того, что корабль лежал на правом борту указывал на то, что леса в первую очередь сгорели именно с правой стороны. Легкий корпус местами был обуглен, по большей части виднелись механические деформации, в частности - очевидный разрыв в центральной цистерне. Впрочем, это не шло ни в какое сравнение с тем, что в пожаре погибли двое рабочих, а почти десяток получили ожоги в процессе тушения.
- Особый советник Инкоруптбл, - рядом, словно из под земли появились Бубнов и Беклемишев. Оба в рабочей робе, перемазанные сажей - ровно как и большая часть находившихся в эллинге матросов и рабочих.
- Господа, - кивнул Михаил. - Я так понимаю, вы уже обследовали внутренние помещения лодки?
- Так точно, - Бубнов, как главный инженер проекта коротко отчитался о повлеждениях. - В двух местах подожгли, шельмы. Снаружи, чтобы дерево загорелось, да внутри, чтобы оборудование испортить. Повреждения снаружи не идут ни в какое сравнение с повреждениями внутри. Большая часть отсеков уничтожена огнем, оборудование безнадежно испорчено. Двигатель слава Богу еще не успели установить - на складе хранится, только через неделю собирались ставить.
Михаил лукаво улыбнулся.
- А по графику должны были уже начать проверку герметизации корпуса.
'Пойманный с поличным' Бубнов промолчал.
- Что ж, оставим это между нами, господа, - Михаил посмотрел на поврежденную подводную лодку.
Видя на повеселевшие лица Бубнова и его товарища - Беклемешева, ставшего преподавателем в спешно организованной Академии подводного флота, Михаил позволил себе 'ложку дегтя'.
- Но, не позднее чем через два месяца лодка должна выйти на испытания.
Проект 'Волчья стая' предусматривал собой создание отечественного подводного флота. Конечно, Михаил мог чуть ли не с закрытыми глазами нарисовать чертежи 'Дельфина' и наклепать с десяток его клонов - при наличии производственной базы, конечно. Но, к сожалению, медлительные 'подводные гробы', которыми Илья окрестил пращуров известных подводных лодок, не устраивали его высокоблагородие господина Модуса.
