"Да, вот именно, что я видела! - смущённо подумала Касс. Она даже вздрогнула, представив на миг, что рассказывает ему о своем видении. - Неужели вот это и есть то самое то? Моя любовь. Пожалуй, ведь не худшее из того, что попадалось до сих пор. Ну что ж, если так, то..."
Она легко обернулась и приговаривая: "Да так, ерунду всякую видела, но все же... Видела сама, без тебя. Как ты полагаешь, это надо отметить?" Подбежала к Лону и сразу стала похожа на кошечку: по-кошачьи приласкивалась и по-кошачьи мурлыкала что-то насчет того, все ли в порядке у него самого.
Лон, сначала недоверчиво, опасаясь опять получить оскорбительный отказ, а потом все более уверенно, с широкой улыбкой, со словами: - У меня-то? Хочешь, давай проверим, - с готовностью протянул к ней руки, неожиданно оказавшиеся прохладными.
- А Ноэл? - успел еще съязвить поэт.
Даже сейчас он остался самим собой. Ему необходимо было сделать это последнее замечание, которое Касс с трудом уговорила себя проигнорировать.
- Ты в другой раз так и говори, - строго сделал последнее наставление Лон. - Что подступает транс. Ясно? Чтобы мне не переживать зря.
Потом, когда все кончилось, они долго купались в бассейне на заднем дворе, с плеском и гиканьем плавали, изо всех сил изображая друг другу счастье и веселье.
"Он никогда не уберется!" - с неожиданной злобой подумала Касс и ей снова захотелось плакать. Может, даже не просто плакать, а в голос, взахлеб, навзрыд... Или, еще лучше, завыть. Громко, протяжно. Как взбесившаяся волчица... Она опять сдержала себя. Сдерживала изо всех сил, дожидаясь только, когда он исчезнет.
В конце концов, мечта девушки сбылась: поэт оставил её одну. Ушел, посвистывая, довольный тем, что все вернулось на свои места. И наступил покой. Через жизнь, через вечность Касс села прямо на пол, совершенно обессиленная, вконец измученная. Она просидела так, в одной позе, без мыслей, без видений, даже уже и без слез еще одну вечность.
Наконец, девушка заставила себя подняться. Оделась. Бесцельно побродила по дому. Включила и выключила виз. Включила опять, на связь... Опять отключила. Тут же включила наново и уж тогда набрала номер Ноэла. В последнее мгновенье подумала: "А что я ему скажу?" - и чуть-чуть не отключилась. Но не успела, потому что Ноэл успел ответить на вызов, вернее, ответил вовсе не Ноэл.
Касс вопросительно посмотрела на светловолосого бородатого молодого человека, который одной рукой пытался отложить в сторону теру, а другой что-то перенастраивал в переключателе виза.
По-видимому, не без труда справившись с переключателем, незнакомец в свою очередь вопросительно уставился на Прекрасную Деву.
- Приветствую тебя, хоть и никогда не встречала прежде, - вежливо пробормотала Касс первое, что пришло в голову.
- Приветствую и я тебя, - молодой человек улыбнулся.
Касс почувствовала, что с этой его улыбкой стало исчезать ее напряжение, а заодно и ощущение безнадежности. Уходила усталость. Противная костлявая рука, которая со вчерашнего вечера жестоко давила горло, понемножку расслабила хватку, отпустила, испарилась совсем...
Девушка сразу поняла, что ответивший по номеру Ноэла очень хорош собой. Но не безукоризненной красотой Лона, не развязной привлекательностью Орфа, не властной сексуальностью Зева, не слащавой картинностью Эрмса, даже не могучим притяжением Рамтея, а совсем по-другому. Что-то вне обычно принятых критериев было в нем, что выделяло из всех.
- Хоть и я не встречал тебя прежде, - закончил незнакомец.
Оба посмеялись.
Верхняя губа молодого человека была необычно изогнута и заметно выдавалась вперед над нижней. Это его не портило, хотя и придавало лицу удивительное выражение: не то чрезмерной обидчивости, не то жесткости, не то обыкновенного юношеского упрямства. Такого нельзя, однажды встретив, потом не узнать. Даже через бессмертие вспомнишь и отличишь...
- Я полагаю, ты из Пекрасных Дев? - перебил ее мысли юноша.
- Да, конечно, ты угадал.
Касс назвала себя и спросила о Ноэле.
- В делах, - коротко ответил молодой человек. Затем представился: - Четвертый сын Ноэла, Уэшеми... Вчера прилетел из Халдеи. О Прекрасных Девах знаю, в основном, по учебникам хороших манер для провинциалов.
- Я думаю, здесь ты очень скоро по реальной жизни узнаешь о нас все, что тебя интересует...
- Меня интересует все. Кстати, не только о Прекрасных Девах. Меня вообще инересуют люди: их привычки, одежда, история, вкусы... Их взгляды на жизнь. Ну, и, конечно, искусство... Больше остального - песни, поэзия, музыка. Люди, с искусственно измененной генетической программой, которых вы называете машинами, меня интересуют тоже.
- Ты хорошо владеешь языком атлантов.
Менее всего ей сейчас хотелось говорить о машинах.
- Я говорю на семи языках, - объявил Уэшеми, легко меняя тему. - В том числе, - он легко, но заметно подчеркнул это "в том числе", - и на языке атлантов.
- Пытаешься ли ты выразить мысль, что раса атлантов ничем не выше других рас? - осторожно спросила Касс.
