— М-м-м. Отправишь меня шататься по Хогвартсу? После отбоя? В таком виде? Совсем на тебя не похоже, — язвительно прищурился, с легкостью раскусывая её блеф. — Садись, Грейнджер. Поболтаем, — кивком указал ей на диван и, неспешно обогнув его, опустился на мягкую поверхность, растянув свободную руку по подлокотнику.
Гермиона показательно фыркнула, но опустилась в соседнее кресло. Весь её вид сообщал о том, что она делает ему большое одолжение.
Драко хмыкнул, подмечая тот факт, что она побоялась оказаться с ним на одной плоскости. Возможно, так было даже лучше. Потому что его взгляд сразу притянули обнажённые ключичные косточки и глубокая впадинка между ними, а потом… Он скользнул ниже и…
— Чёрт. Ты не могла бы накинуть на себя что-нибудь, Грейнджер? Твой вид… порядком отвлекает, — выразительным жестом указал туда, откуда только что с трудом оторвал взгляд.
— Моя рубашка осталась наверху. Я всего лишь спустилась вниз, чтобы открыть портрет, а не готовилась к приёму гостей, — холодно отрезала, откидываясь на спинку кресла и ещё больше открывая обзор на свою фигуру.
Малфой рвано выдохнул против воли.
— Возьми хотя бы это, — бросил ей в руки одну из подушек, которые лежали на диване. Не возымев никакого эффекта, тяжело вздохнул и, почти по слогам, добавил. — Пожалуйста.
Гермиона недовольно посмотрела в его сторону, но всё-таки прижала подушку к груди.
— Выпьешь со мной?
Драко поставил бутылку на стол, бросив мимолётный вопросительный взгляд на Грейнджер. Не успела она и рта открыть, как он уже потянулся за палочкой, чтобы наколдовать два стакана.
— Малфой, я не Забини. Если я не оставила тебя за портретом, это не значит, что мы вместе будем распивать огневиски и болтать по душам. Выкладывай, что тебя волнует, или я пойду спать.
— Уверена, что хочешь так сразу — без предысторий и всего прочего?
— Чем быстрее, тем лучше. Несмотря на то, что сегодня пятница, а если быть точнее, — она демонстративно покосилась в сторону часов, — уже суббота, с утра меня ждёт гора обязанностей и домашней работы.
Драко усмехнулся, узнавая типичную Грейнджер. Даже выходные по чётко распланированному графику.
Как скучно.
— Хорошо, — кивнул, упирая локти в слегка разведённые колени и подпирая голову руками. Какое-то время спокойно изучал её взглядом, взвешивая принятое решение. — У меня не стоит.
— А? — без сомнений, этот звук вырвался против её воли. Просто от удивления и подозрения на слуховые галлюцинации. — У тебя… что? — моргнула, встряхивая головой в непонимании.
Эта восхитительная реакция. Мерлин, он сохранит это воспоминание на подкорке сознания не меньше, чем на оставшуюся вечность.
— Мой член не среагировал на Паркинсон. Ни на неё, ни на её грёбаный кружевной комплект цвета страсти, — протянул это будничным тоном, оживляя образ в воображении, но, даже сейчас, не ощущая… ничего. Никакого желания сорвать с Пэнси тот ошеломительно соблазнительный комплект. Так давно ничего. — Ничего, Грейнджер. Понимаешь?
Гермиона необычайно медлила, сильнее стискивая подушку и делаясь непривычно бледной. Казалось, совсем немного, и в её кудряшках затрещит электричество. Нехороший признак.
— Знаешь, что я понимаю, Малфой? — вкрадчиво начала она, не отрывая от него пристального взгляда.
— Ну, — небрежно провёл по волосам, на секунду утопая пальцами в платиновых прядях.
— Что ты чёртов извращенец, который ни кнат не понимает, с кем стоит делиться подробностями своей абсолютно-никому-неинтересной интимной жизни!
На каждое из сказанных ею слов Драко прилетело той самой подушкой, которую он лично кинул ей в руки. И которую она до побелевших костяшек пальцев сжимала в руках, прежде чем вскочить с места и начать его колошматить без разбору. Малфой, ужасно развеселившийся от её выходки, едва ли, пытался отбиваться, лениво блокируя рьяные удары.
Гермиона всё больше входила в раж, от души радуясь возможности — отомстить Драко за все его выходки. Но… неожиданно на гостиную обрушился звук бьющегося стекла, а в ноздри ударил запах огневиски, доводя концентрацией крепкости до головокружения.
— Твою мать, Грейнджер, — протянул Малфой, переводя взгляд с разбитой бутылки Огденского напитка на Гермиону, застывшую от неожиданности. — Твою мать.
Грейнджер стиснула подушку, которой так нелепо зацепила бутылку с элитным алкоголем, оставленную на краю стола.
— Я… — голос дрогнул, а извинения застряли в горле вместе с возмущением по поводу его недавних откровений.
— Просто сядь, — почти потребовал он, утягивая её за запястье на диван и доставая волшебную палочку. — Я уберу осколки.
Гермиона коснулась места на запястье, где совсем недавно были его пальцы. Драко невольно выхватил взглядом этот едва уловимый жест, ощутив как внутри отчего-то теплеет. Сдержав улыбку, он быстро привёл в порядок комнату, устранив следы недавнего буйства старосты девочек. Никакого напоминания о том, что произошло, не считая густого запаха карамели, который оттенял крепость алкоголя.
— Что?
Малфой наткнулся на один из тех недоверчивых взглядов, которые она бросала на него в течение всего этого времени.
