Моя цепкая память, как незримый, тяжелый, но очень нужный багаж, в момент необходимости подкидывает мне открытые многотомники требуемой информации. Сколько прочего скрыто в ее недрах?
… Он был стар, умен и скромен. Один из тех немногих, кто вызывал во мне уважение. Он так много рассказывал о далёком нам мире, о разных его уголках, о том, что видел, с кем проживал дни своей жизни. Будто бы я сама бывала там с ним — так я это чувствовала. Устами он рисовал нам потрясающие воображение палитры.
Помню, как он хохотал, вспоминая наивного мага. Тот бил себя кулаками в грудь, бравируя:
— Я прочитаю любую твою мысль!
И он отвечал:
— Читай. Я просто не буду думать…
Я редко сразу понимаю суть. Иногда осознание накрывает спустя минуты, дни или даже годы. Вот и тогда, годы назад, я лишь усмехнулась наивности пожилого человека. Но сейчас я думаю, что он был мудр чрезвычайно.
— Вы видите пять стаканов. Кто-нибудь, одолжите монетку!
В моих руках оказывается медный пятак. Как хорошо, что такой же есть у меня в рукаве. Он и остальные ходовые монеты. Иначе пришлось бы демонстрировать фокусы попроще.
Премило улыбаюсь в сторону Роггарна. А смотрю сквозь него. Я не вижу, значит, тебя нет. Значит, тело не дрожит от твоей близости. Но я ведь не боюсь. Только зверь испытывает страх, а я не он. Подчинить зверя внутри себя — вот истинная сила. Этому меня никто не учил. Это можно постичь лишь тогда, когда испытываешь умопомрачительное удовлетворение от победы над собственной звериной натурой.
— Все, что от Вас требуется, через минуту назвать стакан, в котором оказалась монета. Не сложно?
Дерек качает головой.
Я доказываю публике, что все перевернутые стаканы пусты. Демонстративно кладу под один из них монету и начинаю медленно двигать стаканы. Обманный выпад, ещё один. А этот уже настоящий. Пятак несколько раз меняет своё положение, когда, наконец, я останавливаюсь. Гляжу в глаза Роггарну. И отчаянно представляю, что монета осталась в правом стакане. Повторяя про себя «только не в среднем, только не в среднем».
Менталист поднимает средний стакан, который, конечно же, оказывается пуст. Рано радоваться. Это лишь начало.
— Кто-нибудь ещё хочет попробовать угадать, где же прячется монетка, дорогие гости?
Из зала звучат предположения. Да все не те.
— Она здесь, — и демонстрирую, где именно. — Но это обыкновенный фокус, который вы можете увидеть в любом переулке. А сейчас случится настоящее волшебство. Волшебство без магии.
Медленно я складываю стаканы стопкой, оставляя на столе только два. Дерек сидит напротив со скрещёнными на груди руками.
— Пятак здесь, — кладу его в правый стакан, — В левом стакане пусто.
Показываю пустую емкость публике и моему главному зрителю.
— После этого фокуса Вы, уважаемый гость ресторана «Сельдь и сбитень», скажете, применяла ли я магию, хорошо?
— Хорошо.
Зачем только я спросила?! Лучше не слышать его голос, низкий, глубокий, чувственный. Зверь внутри скулит и порывается бежать прочь. Куда я убегу? Он надел на меня ошейник! И каждую секунду я ощущаю эту магическую вещь, созданную его руками, на мне.
Перевернутые стаканы стоят на внушительном расстоянии друг от друга. Резко хлопаю ладонями по обоим и поднимаю взгляд.
— Где монета?
Дерек смотрит на меня. Что ты пытаешься прочесть в моей голове, маг? Считывание ясных мыслеобразов могут многие. Я представляю переполненные монетами стаканы, думая о том, что монеты везде. И ты ничего не понимаешь, ведь даже это чистая правда.
— Она там же. Я не ощущаю плетения чар. Магия не применялась.
Поднимаю обозначенный стакан, и он оказывается пуст. Поднимаю другой… И владелец ловит в воздухе подброшенный мной пятак.
— Спасибо за ваши аплодисменты! Вы прекрасная публика!
Кланяясь и испытывая удовлетворение от громких оваций и удивленного выражения лица канцлера, ухожу во внутреннее помещение, где меня уже ждёт хозяин. Он без лишних слов отсчитывает банкноты и кладёт на стол передо мной. Я же складываю купюры в сумку.
— Ещё придёшь?
— Постараюсь.
Вижу, как меняется Макарыч в лице. Испуг — не то слово, которым можно описать его состояние. Он поражён. Ещё бы — хозяина кафе не было в зале во время исполнения последнего трюка, поэтому об участии министра в моем шоу он не ведает.
— Выйди, — тихо звучит приказ мага.
И хозяин исчезает. Разворачиваюсь и встречаю взгляд Дерека. Не злой. Не восхищённый. Задумчивый.
— Ты мне расскажешь, как это провернула?
— Конечно, — пожимаю плечами.
Все мои секреты ничтожны, Дерек. Ты должен верить в это.
— Что ты здесь делаешь? — теперь в его голосе я отчетливо слышу недовольство.
— Разве не понятно? — отвечаю с вызовом, поднимая брови. — Зарабатываю на жизнь.
— Почему не попросишь денег у меня?
Улыбаюсь и молчу. Вспоминай, дорогой. Не ты ли говорил: «Большего у меня не проси»?
— Ладно, пойдём, — бурчит хмуро — и ты припомнил свои слова, Дерек.
Он берет меня за руку и утягивает в открытый портал. Едва успеваю схватить со стола свою сумку. Интересно, сколько времени будет решаться вернуться в свою подсобку Макарыч…
— Почему сюда? — удивляюсь нашему местоположению.
