– [Анонг]: Что тут до тебя никому нет дела, никто не пристанет с советами как выглядеть и чем заниматься
Встретив закат, возвращаемся в город за ужином. Вернувшись домой, чилим где-то час под Дэвида Боуи, после чего Анонгу звонят его кореша: выдвигаемся в клуб, будем праздновать окончание семестра.
Тайские клубы – та еще маслобойка. В здании клуба толпа, пробраться через которую выглядит задачей на миллион. Люди толпятся на месте, попивая из кувшина тайскую водку и двигая тазом на застывших ногах.
Нас восемь человек: четыре мальчика и четыре девочки. Ребята удивляются как я вообще попал к ним в компанию, задают по очереди один и тот же вопрос – “Where do you come from?” – и дальше общаются со мной улыбками вместо слов. Заказываем кувшин тайской водки, распиваем ее шотами с интервалом в пять минут. На вкус как сладкий сироп, алкоголь вообще не чувствуется – без опыта тут даже не поймешь когда тебе будет достаточно. Пьем быстро и весело, за одним кувшином следует второй. Одна из наших теряет сознание – нужно вызвать скорую, чтобы ее успели откачать.
Стоим у входа в клуб, стреляю сигаретку у одного из наших. У пацана на зубах брекеты и лучезарная улыбка на лице.
[пацан]: Я смотрю русское порно, мне нравится, оно такое милое хахаха
Вернувшись в клуб, продолжаем квасить водку из кувшина. В попытках найти туалет ныряю в толпу, пересекая ее как нож сквозь замороженное масло. Кажется, я единственный белый не только в моей компании, но и во всем клубе в целом. Люди оглядываются на меня, умиляются, улыбаются. В конце толпы вижу еще одного белого: “White Guy? White Guy!” Американец из Флориды, в клуб пошел в соло, хочет подцепить местных девочек.
В полночь клуб неожиданно закрывается. Толпу из пятиста человек выкидывают на улицу. Мы по-хорошему пьяные и еще не уставшие – нам нужен движ. Всемером помещаемся в два скутера, за рулем которых самые трезвые из нашей стаи. Спустя полчаса покатушек находим еще один клуб, там тусим где-то час. Картинка все та же: толпы, безумие, я единственный снежок на танцполе.
Расходимся по домам в три ночи. На следующий день мы с Анонгом едем с похмелья на водопад за городом. Водопад оказался хиленьким, но я обожаю скутеры, поэтому любая поездка мне в радость.
Короче, кауч кончился тем, что вечером Анонг подвозит меня до аэропорта, проводив меня своей лучезарной улыбкой.
Какие же все-таки у тайцев красивые имена – в Бангкоке я вписался к Вишаравишу, в Краби вписался к Борворнситу.
На фотографии в профиле кауча в руке у Борворнсита стопка, на лице – сардонический смех. В жизни Борворнсит производит впечатление прагматичного уравновешенного человека, преобладающего чувством юмора. В Краби переехал два года из того самого Чиангмая, из которого я к нему прилетел – считай с севера страны на юг. Борворнсит работает в местной клинике врачом общей практики. Работает вахтой: три недели работы, три недели отдыха. В дни отдыха путешествует, чаще всего в Японию: искренне признается в любви к стране, ее сакуре и снежной зиме.
Пока Борворнсит работал, я учился водить скутер, взяв уроки у русских ребят, что сдают здесь в аренду всякое двухколесное. Скутер арендован за двести рублей в день, в качестве водительских прав при мне было приписное свидетельство от военкомата.
В Краби тусуюсь три дня, но хоста вижу редко. В семь утра Борворнсит уже едет в качалку, затем на работу, домой возвращается в девять вечера. Уставший как собака, парень спокоен и никак не реагирует на межкультурные шероховатости, что постоянно возникают на вписках: где постирать белье, как работают розетки, почему вода в душе холодная и так далее.
Короче, Борворнсит – нормальный парень. Для Таиланда даже слишком нормальный.
Open
-
minded
– [Раттанон]: Перед тем как захостить тебя, хочу сказать тебе, что я гей: ты как?
– [Я]: Мне ок
– [Раттанон]: Are you open-minded?
– [Я]: Да, вполне себе
Для меня, выходца из среды, где гей – это пидор, петух и опущенка – слово open-minded подразумевает, что человек не является гомофобом и признает факт того, что любить можно не только противоположный пол. В контексте Раттанона – равно как и в контексте любого другого ЛГБТ-персонажа – “open-minded” означает “быть открытым к гомосексуальным связям”. А к ним я открыт не был.
Раттанон родился в Бангкоке, живет в Ко Самуи, острове на юге Таиланда. Раттанону тридцать два, работает в хостеле, любит татуировки – вот набил себе на днях десятую по счету на плечо. С Раттаноном встречаюсь в хостеле, бросаю часть своих вещей у нему под стол и ухожу исследовать остров.
Вечером едем тусить на пляж. С нами в компании его подруга тайка. Одной рукой держит свою восьмилетнюю дочь, пытаясь ласкать меня другой. Раттанон говорит, что я ей нравлюсь. Картина наводит на меня чувство лютейшего кринжа. Делаю вид, что ничего не замечаю.
