Достав из стола пару пачек ружейных патронов, Гриша принялся расставлять их в ряд, задумчиво разглядывая получившуюся шеренгу. Потом, уронив все патроны набок, он сложил их так, чтобы они касались друг дружку стенками гильз. Оглядев получившуюся дугу, парень встал и, пройдясь по кабинету, достал ещё пару пачек патронов. Добавив их к уже разложенным на столе, парень вернулся за стол и, взяв лист бумаги, принялся не спеша что-то рисовать, то и дело поглядывая на разложенные бое-припасы.
Следующим утром, прихватив изрисованные листы, он отправился в мастерские. Найдя мастера штамповочного участка, Гриша отвёл его в сторону и, разложив свои каракули, принялся пояснять, чего именно хочет получить. Задумчиво подкручивая ус, мастер задал несколько уточняющих вопросов, после чего, кивнув, забрал листы себе. Убедившись, что работа в мастерских идёт по плану, Гриша отправился на встречу с капитаном.
Далеко идти не пришлось. Встречу Залесский назначил всё в той же так приглянувшейся им кофейне. Поздоровавшись и сделав заказ, Гриша с интересом огляделся и, не удержавшись, негромко проворчал:
– Портится заведение. Недаром Митяй сбежал отсюда.
– Это верно, – вздохнул капитан. – Глупая жадность всё сгубить может. Ну, рассказывай, чего хотел?
– Письмецо я получил, Пётр Ефимович. От друзей наших заморских, – улыбнулся Гриша, прожевав кусок эклера.
– Неужто от арабов?! – охнул капитан.
– Угу.
– И что пишут?
– Добрались до них орденцы. С побережья добрались, большим караваном. А когда узнали, что лабиринт завалило, взбесились. До стрельбы дошло. Наши подарки очень им пригодились. Отбились без потерь. Но теперь британцы точно знают, что друзья наши хорошо вооружены. А значит, им очень патроны под наш калибр нужны.
– Сколько? – катнув желваки, спросил Залесский.
– Чем больше, тем лучше.
– Сроки?
– Уже там должны быть. Но вся беда в том, что воспользоваться моей старой тропкой не получится. Британцы побережье плотно перекрыли. Они потому и решили через наше посольство весточку подать. И патроны придётся тоже через него отправлять. Что думаете?
– Ну, ящики поменять не сложно. Сколько ящиков один верблюд за раз взять может?
– Четыре точно.
– Вот по два и растолкаем. Но сам понимаешь, службе в этом деле светиться никак нельзя.
– Это мелочи. Найму пароход сам. Главное, сопровождение.
– А оплата покупки?
– За мной.
– Эк ты с деньгами неаккуратно, – покачал Залесский головой.
– Отобьются, – фыркнул Гриша. – Больше скажу, уже отбились.
– Как это? – не понял капитан.
– Я в отчёте писал, что арабы мне подарок сделали за то, что я тот лабиринт прошёл. Там одной посуды старинной на огромные деньги. Да ещё и монеты старинной чеканки, за которые любой коллекционер душу продаст. Если это добро с аукциона продать, там все патронные заводы скупить хватит, ещё и на фрахт парохода останется. И это только часть того, что они мне отдали.
– Помню. Я только одного так и не понял, с чего у них к тебе вдруг такая любовь образовалась?
– Как они говорили, старая кровь. Или первая кровь, – грустно улыбнулся парень.
– Это у тебя, что ли, первая кровь? – не понял Залесский.
– Да. По их поверьям, я человек первой крови.
– О как! И что дальше?
– А дальше… – Гриша сделал паузу и, решившись, ответил: – У них всё племя люди первой крови. Раньше там таких племён много было, а теперь они едва ли не одни остались. В общем, они от меня детей попросили. Свежей крови.
– И сколько их там теперь, наследников твоих? – поперхнувшись, спросил капитан.
– Девять.
– Ого! Да ты, друг мой, прямо как султан в гареме был. Всё-всё, молчу, – поспешил сменить тему Залесский, увидев, как сверкнули глаза парня. – В общем, понятно. И ты теперь, ради спасения кровиночки своей, готов всю эту пустыню ещё раз опустошить. Что ж, логично. Но вопрос денег это не снимает. Сам понимать должен. Договор на поставку карабинов с тобой заключён, но оплата их начнётся только через год, да и та частями. А патроны закупать уже вчера нужно.
– Пётр Ефимович, ну сколько повторять, есть деньги. Есть. Я оттуда, кроме золота старинного, ещё и алмазы привёз. Не огранённые.
– Твою мать! – не удержавшись, выругался капитан. – Так они с тобой за оружие алмазами расплачивались?
– Да.
– Гриша, я тебя удавлю, – устало вздохнув, неожиданно пообещал капитан.
– Это за что же? – удивился парень.
– Да за молчание твоё глупое.
– А вы чего хотели? Чтобы я на всю столицу орал, что из Аравии алмазы настоящие привёз? Сами учили лишнего не говорить.
– Не злись, – усмехнулся капитан. – Камни через нашего ювелира, небось, продавал?
– Угу.
– Хоть тут сообразил. А то облапошили бы тебя, как котёнка. А мне потом с теми останками разбираться, что после тебя появились бы. Ты ведь такие обиды прощать не умеешь.
– Такие – не умею, – не дрогнув лицом, кивнул парень.
– А камней-то много? – помолчав, уточнил Залесский.
– Много. Как мне сказали, если хотя бы треть разом на рынок выбросить, все цены разом обрушу.
– Ни хрена себе! – снова охнул капитан, не сдержавшись.
Это был третий раз, когда Гриша слышал от него крепкие выражения. И это означало, что он не просто удивлён, а ошарашен.
