[72]. К моменту начала Великой Отечественной войны в рядах эмигрантского казачества не было единства. Большая часть казаков группировалась вокруг своих официальных лидеров — атаманов Донского, Кубанского, Терского и Астраханского войск за границей — генералов М.Н. Граббе, В.Г. Науменко, Г.А. Вдовенко и Н.В. Ляхова, а также духовного лидера казачьей эмиграции П.Н. Краснова и руководителя Общеказачьего объединения в Германской империи атамана Е.И. Балабина[73], которые традиционно связывали свое будущее с освобожденной от власти большевиков Россией.
С началом войны резко активизировалась количественно меньшая, но политически гораздо более активная, находившаяся под влиянием ярко выраженной национально-сепаратистской идеи группа казаков-националистов, отстаивающая мысль о создании независимого казачьего государства — Казакии, которое включило бы в себя территории всех казачьих областей — «от Сана и до океана». Политическая активность самостийников достигла наивысшего размаха именно летом — осенью 1941 года, после нападения фашистской Германии на Советский Союз.
22 июня 1941 года, в день начала войны, руководитель Казачьего национального центра Василий Глазков направил на имя Гитлера, Геринга, Риббентропа и Нейрата восторженную телеграмму, в которой выразил свою полную поддержку и одобрение всем действиям немцев: «Казачий Национальный Центр, — говорилось в этом документе, — в исторический момент решения Вождя приносит ему именем всего Казачества в Зарубежье и в порабощенной казачьей Родине выражение радостного чувства верности и преданности… Мы, казаки, отдаем себя и все наши силы в распоряжение Фюрера для борьбы против нашего общего врага. Мы твердо верим, что победоносная германская армия обеспечит нам восстановление казачьей государственности, которая будет верным сочленом держав Пакта Трех»[74]. Одновременно КНЦ был преобразован в «Казачье национально-освободительное движение» (КНОД). Его представитель в Берлине передал специальный меморандум послам Италии и Японии. Приветствия в связи со вступлением в войну с Советским Союзом были направлены правительствам Финляндии, Венгрии и Румынии. Во многих европейских странах в крупных городах проводились шумные митинги в поддержку действий Германии. Специально для Гитлера в конце августа — начале сентября казаки подготовили подробное письмо, в котором говорилось о казаках как об особом народе, «находившемся под рабством России в течение 180 лет до революции», и подарок. «В величину половины квадратного метра, — описывает это творение управляющий иностранным отделом КНОД П. Харламов, — вышивается карта КАЗАКИИ, на казачью землю с запада входит немецкий солдат и поднимает руку для приветствия, его встречает казак с хлебом и солью. Получается прекрасный подарок-символ. Мы понимаем, что Вождь не нуждается в нашем подарке, но в нем нуждаемся мы»[75] (Торжественные выступления и воззвания казаков-националистов по случаю начала войны см. в Приложении 1.2).
