Таким образом, к концу войны генерал П.Н. Краснов остался единственным из крупных и влиятельных казачьих атаманов, не поддержавшим власовское движение и отказавшимся сотрудничать с КОНР Несмотря на то что Советская армия была уже на подступах к Берлину и дни «Великой Германии» были сочтены, старый атаман с одержимостью сумасшедшего продолжал вести с генералом А.А. Власовым уже мало кому интересную и, главное, абсолютно бессмысленную идеологическую борьбу Одной из предпринятых им контрмер против Управления казачьих войск и создания Совета казачьих войск была организация школы пропаганды в местах расселения Казачьего Стана[197] в Северной Италии, куда атаман перебрался в феврале 1945 года. Программа занятий была составлена близкими П.Н. Краснову людьми и согласована с начальником ГУКВ. На торжественном открытии школы старый атаман в пространной речи изложил основные положения своей политической концепции, которая сводилась к следующему:
«1). В свое время была Великая Русь, которой следовало служить. Она пала в 1917 году, заразившись неизлечимым или почти неизлечимым недугом.
2). Но это верно только в отношении собственно русских областей. На юге (в частности, в казачьих областях) народ оказался почти невосприимчивым к коммунистической заразе.
3). Нужно спасать здоровое, жертвуя неизлечимо больным. Есть опасность, что более многочисленный „больной элемент“ задавит здоровый (т. е. русские — северяне казаков).
4). Чтобы избежать этого, надо найти союзника- покровителя, и таким покровителем может быть только Германия, ибо немцы — единственная „здоровая нация“, выработавшая в себе иммунитет против большевизма и масонства.
5). Во власовское движение не следует вливаться; если окажется, что власовцы — абсолютно преданные Германии союзники, тогда можно говорить о союзе с ними. А пока расчет только на вооруженные силы немцев»[198].
16 марта 1945 года, менее чем за два месяца до капитуляции Германии, в газете «Казачья Земля» было напечатано открытое письмо П.Н. Краснова А.А. Власову, в котором атаман под предлогом поиска компромисса еще раз высказал свою политическую позицию, проанализировал перспективы сотрудничества ГУКВ с КОНР, прошелся по своим бывшим соратникам, а также задал руководителю «освободительного движения» несколько вопросов. «Для успокоения умов, русских и казачьих, — писал П.Н. Краснов, — мне бы хотелось, чтобы Вы, Андрей Андреевич, таким же открытым письмом ответили бы казакам на следующие вопросы:
1). Вооруженные Силы Комитета Освобождения Народов России являются частью Германской армии, Германией содержимой и вооружаемой, как это в казачьих частях, или это — самостоятельная, независимая от Германии армия, как о том болтают безответственные люди, противопоставляя ее казакам, „продавшимся немцам“?
2). Признаете ли Вы за казаками те права, которые уже признала Германия?
3). Можете ли Вы и Комитет, Вами возглавляемый, оказать казакам на родной земле помощь, защиту и покровительство без помощи Германии?
