– Хорошо. Так вот, Лестрейд упомянул о преступлении, которое расследовал несколько лет назад. В Англии были убиты трое. Все из одной семьи – Опеншо.
– Дело пяти апельсиновых зернышек.{3}
Майкрофт Холмс состроил гримасу:
– Называйте как хотите. Впрочем, да, Лестрейд сказал, что перед смертью каждый из убитых, по слухам, получил конверт с пятью апельсиновыми зернами. Это был знак, который предупреждал: «Прощайся с жизнью!» Чепуха! Наивная школярская выдумка!
– Ну так что же?
– Преступники прибыли из Америки, из штата Джорджия. Все они оказались членами ку-клукс-клана, а возглавлял эту банду капитан Джеймс Кэлхун.
– Верно, – кивнул я. – После убийства Опеншо он бежал из Англии. Но в ту же осень его корабль «Одинокая звезда» попал в шторм, пересекая Атлантику. От судна остался только ахтерштевень, который потом подобрали посреди океана.
– А вот и нет! – Майкрофт Холмс хлопнул себя по колену.
– Что вы имеете в виду? Пожалуйста, объясните, – осторожно сказал я.
– По словам Лестрейда, все должны были считать, будто корабль затонул. На самом же деле Кэлхун благополучно вернулся в Америку. Но теперь он мертв.
– Не понимаю.
Майкрофт Холмс вздохнул, словно досадуя на мою несообразительность.
– Лестрейд узнал об этом от казначейского чиновника, с которым поддерживает связь по долгу службы. Несмотря на вашу с Шерлоком версию, в американском департаменте финансов никогда не верили, что капитан погиб в море. Ахтерштевень! Все это немудрено было подстроить! С тех пор Кэлхун действовал под вымышленными именами, и ультраправые его старательно покрывали. А тот казначейский инкогнито затесался среди куклуксклановцев и проник на заседание их генерального совета – или как там они называют свое сборище. Он узнал Кэлхуна среди присутствующих.
– Но теперь его нет в живых?
Майкрофт Холмс вытянул ноги к огню точно так же, как делал его брат.
– Да, Кэлхун погиб, причем совсем недавно. Любопытно, что это, как сказал Лестрейд, произошло здесь, в Англии.
В ту минуту я будто бы услышал голос Шерлока Холмса, призывавший меня хранить благоразумное молчание.
– Странная история, – пробормотал я, удержавшись от иных комментариев.
Майкрофт рассмеялся, что было не в его манере, и с раздражением ткнул кочергой в камин.
– Она еще удивительнее, чем вы можете вообразить. Если верить Лестрейду, Кэлхун отправился на тот свет в Лондоне. Вероятно, это преднамеренное убийство, однако тело не найдено.
Ах вот как! Я немедленно вспомнил о Генри Кайюсе Милвертоне, после которого осталась лишь горстка пепла, однако ни словом не обмолвился об этом. Мое объяснение прозвучало довольно беспомощно:
– Ваш брат лишь предположил, что Кэлхун погиб при кораблекрушении, но никогда не считал это доказанным фактом.
Майкрофт Холмс насмешливо приподнял густые брови:
– Говорите, он только предположил? Шерлок никогда не ограничивается догадками – так он уверен в себе и своей неуязвимости! Думаю, вам стоит при встрече рассказать ему о нашем разговоре. Кстати, доктор, вы точно не знаете, где скрывается мой брат?
– Мне ничего не известно, – скромно сказал я.
Мой посетитель поднялся, с грохотом отодвинув кресло.
– Просто безобразие, что он ломает комедию на виду у всего Лондона. Подумать только! Однорукий нищий! Скажите вашему другу, что этот чертов маскарад вредит не ему одному. К вам он, кажется, прислушивается. И еще: человеку его положения не пристало якшаться с Лестрейдом и ему подобными. Непременно передайте мои слова Шерлоку, когда увидитесь с ним.
– Не сомневайтесь. Передам.
На этом наша беседа закончилась. Майкрофт, тяжело ступая, спустился по лестнице. Кучер с лошадью в течение всего визита терпеливо ожидали его у входа. С присущей ему респектабельностью мой гость сел в кеб и направился в свой маленький мирок, где солнце каждое утро всходит над Уайтхолльским дворцом[10] и каждый вечер садится на Сент-Джеймс-стрит. Все, что было вне этих пределов, казалось Майкрофту Холмсу погруженным в беспросветный мрак.
