Майкл завладевал Микаэлой каждым движением, каждой лаской языка, каждым слабым прикусыванием, и она сдалась, выкидывая белый флаг. Она получала наслаждение от поцелуя, захватившего ее до кончиков пальцев на ногах. Их языки сплелись, и это ощущалось так естественно и правильно, что новый, более глубокий стон вырвался из горла Микаэлы. Ей нравилось чувствовать его губы и вкус. Такой дразнящий и томительный.
– Ты негодяй. – Отстранившись, она оставила между их лицами несколько дюймов, какую-то тоненькую полоску воздуха, которого катастрофически не хватало. Она могла считать его настоящим засранцем, но только не тогда, когда Майкл смотрел на Микаэлу так, словно она – центр его вселенной, словно она важна для него. – И я действительно была готова убить тебя на пляже…
Его губы заставили ее замолчать. Рукой он с легкостью ослабил бантик на завязках купальника. Между ног все уже пульсировало от непреодолимого желания.
– Кажется, я нашел способ заставить тебя замолчать. – Самодовольная улыбка украсила припухшие губы Майкла, а голодный взгляд опустился к оголенной груди Микаэлы.
В воздухе повисло завораживающее и возбуждающее напряжение, от которого она была готова расплакаться. Все ее тело жаждало этого мужчину, хотело почувствовать его всего на своей коже. Но они оба были недостаточно раздеты.
– У тебя ничего не получится.
Микаэла прикрыла глаза от наслаждения, когда умелый язык Майкла затронул чувствительную кожу под ухом. Его губы так медленно и томно прикоснулись к быстро бьющейся венке на шее, что Микаэла была готова потерять сознание только от этого.
– Я буду очень стараться. – Голос Майкла звучал хрипло, однако в нем чувствовались сдержанность и осторожность.
Смотря в изголодавшиеся по близости глаза нареченного, Микаэла уже и забыла то, с какой бережностью он мог относиться к ней. Самоконтроль был благополучно закопан под слоем разгорающегося желания. Влажные поцелуи подбирались все ближе к ложбинке между грудями, что заставило Микаэлу выгнуться, мечтая оказаться еще ближе к мужу.
– Черт, Мика, ты такая сладкая.
Его гортанный рык пустил вибрации по всему телу и сконцентрировался глубоко в ее животе. От этих ощущений, не имея никакого контроля над собственным телом, Микаэла теснее прижалась бедрами к бедрам Майкла и, качнувшись, услышала его очередной хриплый стон.
Было приятно осознавать, что не она одна готова была кончить от одних только ласк. В бедро упиралась его твердая плоть, натягивающая ткань плавок. Понимая, что слишком долго этого ждала, Микаэла прикоснулась к рельефному прессу мужа кончиками пальцев.
От вышедшего робким и неуверенным действия она почувствовала себя неумелой девушкой, которая долгое время боялась оказаться наедине с симпатичным ей юношей, ведь весь ее опыт состоял из недолгих отношений с Майклом десять лет назад и слишком долгой и жестокой близости с Адамом, где она являлась жертвой, а не полноправной участницей.
– Я… – Воздух со стоном вышел из легких, когда горячие губы Майкла сомкнулись на затвердевшем соске Микаэлы. Эти ощущения пронеслись разрядом тока по коже, затрагивая каждую клеточку организма. – Майкл…
– Я не сделаю тебе больно. – Он поднял взгляд на Микаэлу. Его руки, такие нежные и аккуратные, легли на ее спину, словно готовые в любую секунду поддержать и приласкать. – Просто позволь показать тебе то, что я чувствую. – Микаэла смотрела в затуманенное желанием лицо нареченного до тех пор, пока ее губы призывно не приоткрылись для него. – Боже, Мика… – Тихий, скрывающийся за шумом воды голос растворился в опьяняющем поцелуе.
Микаэле нравилось показывать чувства, нравилось ощущать уверенные и в то же время заботливые ладони мужа. Он был везде: ласкал ее рот, томно изучал пальцами ее тело и заполнял собой всю ту пустоту, которую раньше она ненавидела. Это сносило крышу и снимало предохранители. Было бесполезно скрывать свою привязанность и эмоции. Она была готова для него, и все ее нутро кричало и просило, чтобы этот потрясающий мужчина вошел в нее.
Когда тоненькие пальчики Микаэлы скользнули к плотной резинке плавок, она заметила, как напряглись мышцы на животе Майкла. Она пыталась показать ему, что секс на одну ночь лишь на время избавлял его от жажды, но то, что происходило сейчас, становилось необходимым, словно гребаный воздух. Она реально могла подсесть на это.
Дрожь прошибла все его тело, когда рука Микаэлы преодолела плавки, а ее пальчики обхватили твердый член. И пусть она была чертовски не уверена в себе, пусть прикосновения к бархатной на ощупь коже мужского естества были осторожными, она видела все оттенки блаженства и желания, которые отразились на лице Майкла. Микаэла наслаждалась, наблюдая за тем, как менялось его выражение. Дыхание Майкла дрожало в том же ритме, в каком она двигала рукой.
Микаэла была его нареченной, она была создана для него в любых своих проявлениях. Майкл продолжал истязать ее рот, словно оставляя своеобразную незримую метку. Ладонь на его члене стала увереннее и двигалась быстрее по всей длине.
