– Евгений очень хорошо о вас отзывался, – заметил Джонстон. – Особенно в связи с тем инцидентом при землетрясении.
– Я спасал и свою жизнь, масколон. А без помощи всей группы у меня ничего бы не вышло.
– Не скромничайте. И если понадобится моя помощь в чем-нибудь – обращайтесь смело.
– Спасибо, – я задумался на секунду. – Масколон, вы не знаете случаем, вывели ли уже из консервации… – я хотел спросить о Ланцее, но в последний момент постеснялся, – нашу группу?
– Про людей Артигаса не знаю, но постараюсь выяснить. А вашу супругу должны разбудить через две недели и направить на грунт с шестым модулем, – Джонстон заметил мое удивление. – Как и все семьи разведчиков.
Визг пил, стук топоров, гудение дронов, от мулов до тракторов. Вокруг кипела работа.
За неделю мирный пляж поразительно изменился.
Рощица гигантских саговников была вырублена, и теперь ошкуренные стволы деревьев, уложенные в штабель, высушивались на солнце. В отличие от земных аналогов, этот отдел имел относительно прочную древесину, пригодную для изготовления всякой мелочи. Псевдокордаиты же, имевшие прочный прямой ствол и странную на вид, вытянутую в сторону господствующего направления ветра треугольную крону из тонких и длинных радиальных веток, были сведены на километр в глубь полуострова.
Поодаль в ряд выстроились три посадочных модуля. С машин была снята почти вся аппаратура, а огромные корпуса использовались под склады для всякого рода неприхотливых в хранении запасов. Неприхотливых – потому что использовать непроветриваемые лендеры под те же продуктовые склады додумался бы только сумасшедший. Амбар достраивали за модулями колоны Два-Строй, достраивали из тех самых псевдокордаитов, срубленных задолго до нашей высадки.
За моей спиной виднелись диспетчерская вышка – разборная металлическая времянка, здания объединенного с медпунктом контрольного центра и метеостанции – такие же короба, как и наши бараки. Вплотную к ним стоял разведчик Четвертой группы, через который поддерживалась устойчивая связь с «Семенем», а чуть дальше на взлетном поле замер тяжелый грузовой кольцевик. Рядом высился энергоблок, от него к аэродрому и зданиям тянулись тонкие нити кабелей.
Я проверил, надежно ли привязаны бревна к раме, отошел от трактора и махнул рукой, направляя дрон к стройке. Машина загудела, предупреждая о начале движения, и торопливо поползла к на глазах растущему зданию.
Айдим запищал, сообщая о наступлении обеденного перерыва. Ривлер и Тасерг выпрямились.
Да, если нас, простых тружеников поля, нет особой разницы, где использовать – с лопатой или с топором, то посылать спецов уровня Разведки-Один ворочать бревна – безумное расточительство. С другой стороны, в ближнем радиусе группа Оригары облазила все, что могла, а развертывание опорной инфраструктуры сейчас было приоритетнее дальнего обследования.
Ну, наверное, как-то так это мыслилось Джонстону, Вэнь и прочему руководству. Если только они не руководствовались древним, как звезды, принципом – не давать личному составу сидеть без дела.
Мы собрались вокруг костерка, над которым помешивал что-то аппетитно пахнущее Фил. Видя наши голодные взгляды, он самодовольно усмехнулся и принялся наполнять тарелки.
Как метеоролог ухитрялся превращать стандартные сухпайки в яства, сводящие с ума одним запахом, знал только он один. Вскоре наши ложки заскребли по дну тарелок. Я поднялся.
– Ребята, мне нужно сделать одно важное дело. Вернусь до конца обеда.
– Опять этот лентяй пытается переложить на нас ответственную миссию по укладке бревен, – ввернул Ривлер. На смуглом (от природы, Мюара давала слишком мало света, чтобы загар проявился даже на наших дни напролет подставленных ей лицах) лице Фила блеснула ухмылка.
– Не опоздай на разгрузку четвертого модуля, – напутствовал он меня. – Он садится меньше чем через полчаса.
Я шел по дорожке, ведущей мимо посадочных модулей, утоптанной десятками ног. Вчера в сети кто-то высказал идею, что пора бы уже замостить дороги и перестать дышать пылью, но пока до таких удобств руки обещали дойти лишь в далеком будущем.
На стройке работа не прекращалась и в обеденный перерыв. Гудел кран, поднимая очередное бревно, покрикивал кто-то из масколонов Два-Строй, суетились рабочие. Жужжала пилорама. У нее я и нашел нужного мне человека.
– Elle! – Библус, увидев меня, поднес кулак к сердцу в неомиферском салюте. – Димер, рад! Ходили слухи, ты тут успел погеройствовать в составе разведгруппы?
– Успел поковыряться в земле, пока вы нежились в анабиозе, – улыбнулся я. – Рад! Ты с третьим модулем?
– Точно так. Не знаешь, что с нашими ребятами?
– Джонстон говорит, их пришлют на грунт через два месяца, – повторил я полученную от разведчика информацию.
– Жаль, – вздохнул Библус. – И Лану спустят только на десятке. Кажется, не виделся с ней уже целую вечность.
Я воздержался от комментариев.
– Библус, есть вопрос.
– Хм?
– В Центре поговаривали, среди вашего неомиферского узора есть ребята, не чурающиеся работы по металлу.
– Клянусь Мамой Гидрой, тебе не соврали, – Библус принял театральную позу. – А что нужно?
