– Ясно, колон, – тихо проговорил Ву.
– Тогда чего вы ждете?
Ву торопливо распахнул люк дрона и нырнул в блистер кабины. Комбайн загудел, возвращаясь к жизни. Я некоторое время следил за машиной, чтобы убедиться, что та выдерживает курс, затем пошел прочь.
Маразм. Прогрессирующий. Поговорить, что ли, с Лазаревым, чтобы этого придурка убрали с поля к чертовой матери, пока он не натворил бед себе и другим?
Размечтался. Людей и так не хватает, несмотря на отправляемые «Семенем» партии колонистов. Не хватает ни техники, ни времени. И снизить темп мы не можем – урожай надо убрать до наступления холодов.
И все же. Мозги и синты тракторов и комбайнов – надежное, но отнюдь не вечное оборудование. Однажды они начнут барахлить – к слову, как и кольцевые аккумуляторы.
Машинный парк «Семени» изначально предусматривал установку на него самых примитивных приводов, от двигателя внутреннего сгорания до газогенераторного двигателя и даже паровика. Даже легкие кольцевики теоретически могли быть переделаны в вертолеты, правда, для этого потребовались бы высококачественные металлы и высокооктановое горючее – с которыми у нас было неважно. Если угольные залежи в бассейне Мэнханя худо-бедно могли удовлетворить потребности колонии, то пригодных для хоть какой-то перегонки месторождений нефти до сих не удалось отыскать ни одной из разведгрупп. А трактора и подавно могли работать на любом органическом топливе.
Но вот управлять трактором на примитивном ДВС гораздо тяжелее, чем жать иконки на панели интеллектуального дрона. И если пацификские кретины не справляются даже с этой простейшей задачей – чего от них ждать по мере перехода на машины попроще?
Я выдохнул. Может, все как-нибудь устаканится. К тому времени, как механизмы начнут заедать, мы успеем вколотить минимум навыков даже в эти крепкие черепушки. Да и зря я наезжаю скопом на всех пацификов – скорее всего, я нарвался на особо туповатый и наглый экземпляр.
В последние дни заканчивать работы после захода солнца из экстренной меры превратилось в недобрую традицию. Я наскоро ополоснулся в бытовке из ковшика, сменил накидку и зашагал по ведущей среди полей тропинке в сторону поселка.
Трактор, подвозивший нас до периметра, уже ушел – я видел мелькающие вдали его габаритные огни. Ну не страшно. Полчаса ходьбы в быстром темпе – и я дома.
В следующем сезоне, скорее всего, мы понемногу начнем расселяться по фермам. Уже сейчас кое-кто из колонов в горячую пору оставался ночевать в бытовках, заодно присматривая за посадками и защищая их от стад купологлавов и парасвиней. Чтобы прокормить все десять тысяч колонистов, нам понадобится расширить посевные площади в полтора раза. Это как минимум, а с учетом коэффициента Мерфи – вдвое-втрое.
Ветер шелестел высокими, до пояса, стеблями тапетума и налитыми колосьями пшеницы, перебирал хвою иглицы и листья молодых рамисагов. Дорогу мне освещал только звездный свет, однако я столько раз прошел этой тропой, что не споткнулся бы и с завязанными глазами. На часах было уже пол-компенсатора.
Вдалеке раздался жалобный многоголосый вой. Я знал, что прыгуны не решаются подходить близко к колонии, и все же пожалел, что не удосужился взять из арсенала ружье. Хотя со всей бюрократией, которой обставлялась в последнее время выдача оружия – включая получение разрешения от своего масколона и дежурного беза – связываться с этим хлопотным процессом не хотелось.
Я обогнул холм, миновал ближние плантации и прошел в калитку периметра – так гордо именовался обыкновенный бревенчатый частокол с установленными поверху датчиками, отделивший северную часть полуострова. Отметился на посту охраны и направился вдоль жилой улицы поселка. Из хаотического нагромождения модулей, складов и бараков колония все явственнее превращалась в упорядоченное поселение, и новые времянки ставились более-менее по линейке.
Давно и окончательно стемнело. Ближайшие здания в конце улицы оставались нежилыми, предназначенные для размещения прибывающих в ближайшее эру колонистов, и вокруг было темновато – лишь в дальней стороне светились лампы над входами в заселенные жилища.
Когда навстречу мне из-за угла времянки показались две низкорослых фигуры в накидках с поднятыми капюшонами, я не подумал ни о чем плохом. И уж конечно, не стал сверяться с айдимом, чтобы узнать, кто из припозднившихся колонистов спешит, как и я, по домам. Рефлексы перемещенца за прошедшие безопасные годы притупились.
Но не умерли окончательно.
Чужой взгляд на затылке? Шорох одежды при замахе? Не знаю, что предупредило меня. Я стремительно обернулся – и еле успел вскинуть руку, прикрывая голову.
Вспышка боли. Тяжелая дубина скользнула по предплечью, чудом не зацепив висок. Я пошатнулся, слыша за спиной топот. Тень – серая накидка, лицо замотано тряпкой – размахнулась снова.
Я выгнулся, уходя от удара. Нападавший пошатнулся, проваливаясь вслед за дубинкой, я вежливо уступил ему дорогу и слегка подправил траекторию падения – лицом в стену времянки. Тряпка полетела в дорожную пыль, Ву выронил дубину и схватился обеими руками за нос.
«Ах ты сукин сын!»
