Шмерц повернулся и увидел, что господин Кеннасски раздвоился. Прежний господин Кеннаски в белом костюме, наклонив голову, остался стоять на белом, неясной фактуры полу, а из-за спины его вышел господин Кеннаски номер два - темно-синий костюм, мокасины и ковбойская шляпа.
- Итак, мой дорогой Ривчейз...
Господин Кеннаски номер два развел руки в стороны. Он явно был доволен.
- Я смотрю, ты внял моим словам.
- Да, господин Кеннаски. Я теперь почти не трачу ваши ресурсы.
- Тратишь, по нижней шкале, но тратишь. И не отрабатываешь, Ривчейз.
- Я стараюсь, - произнес человек с насморком.
- Думаю, я был слишком добр к тебе, - господин Кеннаски номер два погрозил пальцем. - Как ты знаешь, моя доброта оплачивается отдельно.
- Вы хотите стереть меня? - спросил Ривчейз.
Глаза его влажно заблестели.
- А что мне остается делать? - вздохнул господин Кеннаски номер два. - Зазывала из тебя плохой, маркер никудышный, фильтр и сторож дерьмовые, а со всем остальным программные модули справляются на порядок лучше. Были бы у тебя деньги, я смог бы продлить тебе аренду моего пространства...
- Я могу работать консультантом.
- Не смеши меня, Ривчейз.
- Оценщиком, аналитиком, курьером, менеджером, гидом, напарником в "Трешоне" или другом каком игровом мире. Могу толкать вирусную дурь!
Господин Кеннаски номер два усмехнулся.
- Желающих толкать дурь у меня - пять нижних этажей кластера. Тем более, ты и так засвечен, Ривчейз.
- Господин Кеннаски!
Человек упал на колени. Его лицо вдруг потеряло черты, сделалось нечетким, одежда утратила фактуру и детали.
- Я могу быть низкополигональным или даже пиксельным! Я ужмусь в памяти и в базе данных! Я ограничусь в траффике!
Господин Кеннаски номер два кивнул.
- Правильно. А я тебе помогу.
Он воздел правую руку, и над Ривчейзом появилось простенькое меню.
- Не надо!
- Ну почему же? - господин Кеннаски номер два посмотрел на человека с удивлением. - Я тебя просто оптимизирую.
Из меню выпал ворох связанных файлов. За ним - еще один. Они повисли в воздухе множеством полупрозрачных иконок. Будто шарики с гелием.
- Зачем вот тебе старые, прижизненные архивы? - спросил господин Кеннаски номер два. - К чему они тебе, человеку без тела, без семьи, упорядоченному скопищу нолей и единичек? Они лишь занимают место.
Он сжал кулак, и файлы со звуком сминаемой бумаги исчезли.
- Видишь, как просто? Что у нас еще?
Шмерц и господин Кеннаски номер один наблюдали, как над Ривчейзом, так и не поднявшимся с колен, появляются и пропадают файлы. Господин Кеннаски номер два, взмахивая рукой, походил на дирижера оркестра, играющего симфонию разрушения.
- А это что? Видео виртуальных девчонок? Ривчейз, я не знал за тобой такой удивительной особенности. Давай-ка мы их...
Он выбросил в воздух ленты медиафайлов. Стейси. Рэнди. Кларисса. Чжан. Девушки возникали в воздухе и начинали, кружась, медленно освобождаться от одежд.
- Знаешь... - господин Кеннаски номер два так и не сомкнул пальцы, чтобы их уничтожить. - Пожалуй, на этом я сегодня и остановлюсь. Надеюсь, это послужит хорошим стимулом к нашему дальнейшему сотрудничеству. Прячь своих шлюх, Ривчейз.
- Я нашел, - сказал Шмерц.
Море штормило. Скала вдали захлебывалась серой пеной. Брызги от волн долетали до площадки с одиноким столиком, сыпали мелко и мерзостно. Зонт стоял набекрень. Нет, Шмерц не ощущал в Коста-Маратто никакого очарования.
- Я слушаю, - сказал господин Кеннаски.
- Простите меня, - произнес Шмерц, - это связано с той, которую мне запрещено называть.
Господин Кеннаски помолчал.
- Почему? - спросил он наконец, и голос его был похож на волну, с грохотом обрушивающуюся на берег.
- Я отследил начало, - сказал, сглотнув, Шмерц.
- Она мертва, ее нет, - господин Кеннаски тяжело посмотрел на психопаста. - Я ничего не смог сделать, чтобы...
Лицо его смялось, когда он зажмурился.
- Все идет отсюда, - сказал Шмерц. - Господин Кеннаски...
- Заткнись.
- Вы сами просили...
Господин Кеннаски сложил пальцы щепотью.
Шторм разросся. Загудели перила. Вода дошла до основания смотровой площадки и отхлынула.
Какое-то время господин Кеннаски сидел, прижав сцепленные в замок пальцы ко лбу. Шмерц, лишенный голоса, с ужасом смотрел, как вздымается вдалеке, примешиваясь к небу, мутный водяной вал.
- Хорошо, - открыв глаза, неожиданно сказал господин Кеннаски, - покажите.
Шмерц замычал.
- Ах, да, - господин Кеннаски растопырил пальцы, - прошу.
- У вас тут потоп, - выдавил Шмерц.
- Страшно?
Господин Кеннаски уловил кивок, вздохнул и смазал пальцем гребень волны.
- В общем, - покашляв, сказал Шмерц, - я позволил себе выделить ключевой эпизод в вашей памяти. Он находится глубоко в детстве. Вот, смотрите.
В стороне от площадки на песчаном берегу возникли босые мальчик и девочка лет шести или семи. Девочка была в синем платьице с пояском. Мальчик был одет в песочного цвета костюмчик. Интерес мальчика составляла рыба, выброшенная волной на берег. С искаженным лицом он топил ее в мокром песке. Рыба пыталась выскользнуть и била его хвостом по рукам.
- Что ты делаешь с рыбкой? - спросила девочка.
- Она должна умереть, - сказал мальчик.
