Над конскими крупами завивался клубочками пар. Лаур отряхнулся, как собака, когда выбегает из воды. От неожиданности Стоун едва не выстрелил, но сдержался и вытер брызги рукавом свободной руки. Прошипел:
– Я тебе и это припомню, рыжий!
К кентаврам сразу бросились несколько матросов, пытаясь связать ноги, как обычным коням. Только один из пиратов догадался, что надо бы связать и руки. Он первым и отлетел к стене от крепкого удара Лаура. А потом в ход пошли не только кулаки, но и упругие копыта кентавров. Джон нажал на курок, целясь в голову Лаура. Рядом над его ухом щёлкнул пистолет Зигфрида. Выстрелов не было.
– Доннер веттер! – проорал капитан пиратов, зло бросая подмокший пистолет и выхватывая шпагу.
И получил копытом по белобрысой арийской башке. А кентавры уже выскочили из комнаты и галопом мчались по длинному коридору к выходу.
– Держите! Держите их! Не выпускайте из дома! – дурным голосом орал Джон Стоун, выбегая за ними со шпагой в руке.
– Джон!!! – закричала женщина в коридоре на пути кентавров, бьющаяся в руках у пары пиратов. Платье лимонного цвета на ней было уже порвано в нескольких местах, на скуле наливался темнотой синяк. Ей попытались зажать рот. Она впилась зубами в чужую волосатую руку.
– Бешеная! – заорал пират и ударил её ножом в бок.
– Хватайте кентавров! – снова закричал Джон, понимая, что ему не угнаться за галопирующей парой.
Пока насильники воевали с девушкой, кентавры сбросили их с дороги. Лаур мощным движением закинул себе на спину теряющую сознание Рейчел. Они вырвались в сад, раздались выстрелы. Несколько пуль процарапали кровавые следы на светлых шкурах, одна вонзилась в тело девушки. Тонкая струйка крови потекла и с её плеча. Алинир что-то крикнул на своём языке, Лаур ответил на ходу. Кентавры, не отвлекаясь на боль, прорвались через ворота и поскакали по знакомой Джону дороге, туда, где были найдены остатки сгоревших телег.
– Мюррей! Коней! Скорее, иначе они предупредят остальных! Живо! – кричал Джон, расталкивая нерасторопных, как ему казалось, моряков. Вокруг всё суетливо завертелось.
Коней было немного, поэтому в погоню бросилось не более дюжины пиратов. Из дверей дома вышел, покачиваясь, Зигфрид, махнул рукой Джону:
– Не ждите меня, я не удержусь сейчас верхом! Саданул же, зверюга! – он прислонился к стене, к нему на помощь спешили его люди.
За воротами на дорогу перед Джоном и Мюрреем вывалился садовник Стивен Мон, умоляюще протягивающий руки:
– Моя девочка! Куда они увезли её?! Господин Стоун, возьмите меня с собой, я умру от страха за девочку! Помогите мне!
Джон нервно провёл рукой по подбородку и приказал:
– Дайте ему коня!
Он крикнул отцу Рейчел, уже отъезжая:
– Поторопитесь! Надо спасти вашу дочь! – и дал шпоры коню. Сам тут же подумал: «Как благородно! Прямо рыцарь в сияющих доспехах!»
Кентавры Лаур и Алинир легко прорвались через дозор, оставленный на дороге к злосчастной пропасти. Капитан Томас Рич даже не попытался что-либо сделать. Пираты, поражённые видом кентавров, поминали их на чём свет стоит, но тоже не пытались организовать погоню. Кавалькада преследователей пролетела мимо дозора несколько минут спустя.
Несколько раз Джону казалось, что пираты смогут догнать кентавров. Полукони бежали резво, но с Рейчел удирать им было достаточно сложно. Однако они перекладывали бесчувственное тело девушки на ходу друг на друга, и так могли хоть немного отдохнуть. Джон знал, что на вершине у беглецов не будет возможности скрыться, и уже предвкушал миг их гибели. По закону людей и по совести он становился защитником слабых и угнетённых, он мстил за гибель невинных, за насилие над беззащитными. Такая роль ему определённо нравилась.
Как и предполагал Джон, кентавры остановились на вершине, на краю смертельного обрыва. Но и кони людей уже не могли сдвинуться с места, одна из лошадей упала замертво на подступах к вершине, пришлось спихнуть её в сторону и спешиться всем остальным. Расстояние с десяток шагов разделяло преследователей и беглецов. Они замерли напротив друг друга, дыша прерывисто и тяжело. Всем не хватало воздуха.
Из-за спин матросов, качаясь от усталости, вышел садовник Мон. Он не остановился на границе, как бы разделяющей две группы, а пошёл к кентаврам.
– Моя дочь… Подлые воры!.. Верните мою дочь! – сквозь сипение прорывались его упрямые слова.
Златоглавый Лаур прижал рукой бесчувственное тело девушки, крикнул её отцу:
– Мы спасаем её! Она ранена! Ру не выжить без нашей помощи!
– Верните дочь! Верните! – хрипел оглушённый горем отец, двигаясь на кентавров.
И Джон скомандовал:
– Вперёд!
Алинир кинулся навстречу пиратам, а Лаур разбежался и прыгнул через пропасть. Если бы он был один, может быть этот могучий прыжок спас бы его. Но он рухнул в тёмный провал, унося с собой девушку в платье солнечного цвета.
