– Я ничего не слышал об этом человеке! – возмущённо воскликнул Джон. – Все уверяли меня, что остров принадлежит кентаврам!
Незнакомка и Раушенберг поднялись с колен. Они держались за руки, будто снова близкая разлука нависла над ними. Лион Мерсье почтительно накинул на плечи женщины тёмный плащ.
– А мы слышали! – вступил в разговор вездесущий Фархад Фариде Бей. – Я могу подтвердить, что Морис Ксавье – законный властелин нашего благословенного острова. Он воистину приходит тогда, когда нельзя не прийти! Слава Аллаху, у острова есть хозяин! Его бумаги, выданные ещё английской королевой в благодарность за особые заслуги нашего почтенного Ксавье, заверил я и какой-то там министр королевского кабинета. Король Франции также выдал нам грамоту на свободное владение островом.
– Тоже за особые услуги? – попытался иронизировать Джон Стоун, у которого не просто почва, а целый остров уходил из-под ног.
Почтенный Фархад лукаво улыбнулся, поиграл чёрными бровями:
– А как же! Золотая диадема с алмазами и колье для его очередной любовницы стоят какого-то необитаемого острова, до которого никому во Франции дела нет.
Он будто смущённо потупился и продолжил:
– Конечно, не хочу хвалить себя, но несколько платьев для короля и его юной возлюбленной, да продлит Аллах их годы, я сшил собственноручно! Из лучшей парчи и лионских кружев. Король был мною очень доволен.
– Портной-дипломат! Это что-то новенькое!
– Э-э! Дорогой! Портной всегда лучше дипломата. Дипломат гоняет войска и тратит чужие деньги, а я всего лишь красиво одеваю. Но хотел бы я посмотреть на голого посла! Или, не допусти Аллах, короля!
В толпе засмеялись перебранке между Джоном Стоуном и портным Фархадом. Джона всё больше бесило пассивное поведение Раушенберга, который никак не мог наглядеться на свою даму.
– Зигфрид! Зиг! Нам надо решить вопрос с кентаврами! – напористо потребовал Джон. – А где кентавры?! Кто проворонил?! Догнать!
Однако островитяне и матросы с «Русалки севера» даже не думали расступаться перед Стоуном и его тремя спутниками. Остальные пираты в замешательстве оглядывались на своего капитана.
– Стойте! – наконец-то подал голос Раушенберг. – Ради такой встречи я прощаю этих кентавров. Бог с ними, Стоун!
– Ты всё такой же великодушный! – восторженно смотрела на него золотоволосая красавица.
– А ты ничуть не изменилась со времени нашей разлуки. Такая же юная и прекрасная! Наша любовь неподвластна времени!
– Ты дурак, Раушенберг! Слепой, влюблённый кретин! – не выдержал Джон, он едва не взвыл, как раненый волк. – Кто тебе эта чужая жена?! И кто тебе мы, люди, которых ты повёл в бой и бросил посредине пути?!
Раушенберг ответил на обвинение в предательстве странно миролюбиво:
– Сам ты дурак, Стоун… Это моя Тильда, это жизнь моя и сердце моё…
Джон заорал что-то непереводимое и бросил выхваченную было шпагу в соседнюю клумбу:
– Всё… Кончился пират «Золотой немец»! Из-за какой-то юбки кончился!
Раушенберга интересовала только возлюбленная:
– Понимаешь, Тильда, я не хотел становиться пиратом. Однако у тех, которые захватили наш корабль, был обычай заменять убитого капитана на того, кто его убил. Поэтому я остался тогда в живых. Тильда, я думал, что навсегда лишился тебя. И мне нечего было уже терять…
– Хороший обычай… – прошептал Джон, поднимая шпагу из травы.
Он вытер лезвие о рукав своего камзола и огляделся исподлобья. Рядом с Раушенбергом не стоял ни один пират. Да и верзила с топором, охранявший женщину, куда-то исчез, кстати, вместе с юным Гауссом.
Гулко над самым ухом Джона прогремел выстрел. Он резко обернулся. Долговязый Мюррей опускал пистолет, недавно подаренный ему Раушенбергом. Закричала женщина. Джон обернулся в её сторону. Раушенберг падал на землю, Тильда и Лион Мерсье пытались удержать уже мёртвое тело. Мюррей всегда бил без промаха. И только наверняка. Толпа пиратов загудела и качнулась в сторону убийцы. Он поднял обе руки и раздельно сказал:
– Традиции братства будут соблюдены! Я – ваш капитан! Прости, Стоун, но иногда меткий выстрел легко решает все вопросы.
Пираты зароптали, но никто не посмел открыто выступить против нового предводителя. Люди замолчали, переглядываясь. Мюррей торжествующе улыбался.
– Будьте вы прокляты!.. – негромкий голос женщины в голубом нарушил тишину, царапнув каждую неправедную душу.
Чёрная тень мелькнула за спиной Мюррея. Негр прыгнул ему на спину и ударил ножом в грудь. Мюррей упал. Гарри оседлал его и продолжал бешено наносить удары. Тело несостоявшегося капитана превращалось в кровавое месиво.
– Гарри! Остановись, Гарри!!! – закричал Джон.
Но к негру с обезумевшими белыми глазами было не подступиться. Стоун выхватил у ближайшего пирата пистолет и выстрелил в молодого негра. Гарри медленно замахнулся в последний раз, воткнул нож в свою жертву и сам рухнул на рукоятку, вдавливая лезвие ещё глубже.
