Публика, впрочем, поначалу встретила королевскую чету внешне благожелательно и даже с энтузиазмом. По крайней мере в Тренч-Тауне, на родине регги, где долгие годы обитал и самый прославленный из основоположников этого жанра, ныне покойный Боб Марли, яблоку упасть было негде от столпотворения восторженных поклонников. Но затем всё у них пошло насмарку и в отношениях с простыми ямайцами, как только по сетям разлетелось вирусное фото, на котором герцог с герцогиней на футбольном матче пожимают местным детям руки через проволочный забор.
После этого на Кембриджских обрушился шквал критики в самых резких тонах, вплоть до обвинений в «пародии на белых спасителей». Хлёстче всех припечатала их вместе с их имиджмейкерами Мэлори Блэкмэн, вывесив в соцсети фото Кэтрин, приветствующей темнокожих, как и сама писательница, людей через проволочный забор с комментарием: «Неужто у принца Уильяма и Кейт нет ни единого цветного сотрудника в пиар-службе, чтобы навести их взгляд на резкость, прежде чем публиковать подобное?»
После этого даже встреча со сборной Ямайки по бобслею, в ходе которой Уильям и Кэтрин, мило улыбаясь, сфотографировались вместе с её темнокожими членами в одном бобе, не помогла им смягчить критику со стороны журналистов, хотя местная публика, вроде бы, восприняла эту фотосессию вполне позитивно. Похоже, что бы они ни делали, выходило им боком. Даже согласие Уильяма и Кэтрин проехаться стоя во фрунт в открытом Land Rover 1953 года выпуска на параде местных войск в Кенсингтоне дало противоположный желаемому организаторами эффект, послужив очередным поводом для критики со стороны тех, кто усмотрел в этом отзвуки колониального прошлого Ямайки под ярмом британского владычества.
Были там, впрочем, и яркие моменты. На третьем этапе турне по Багамам, к примеру, пару ждало незапланированное посещение точки с горячими морепродуктами. Кэтрин в прелестном розовом платье RIXO явно пребывала в игривом настроении. Когда местные объяснили гостям, что предложенное им блюдо «пистоль» из местного головоногого по действенности в качестве стимулятора эректильной функции не уступает виагре, глаза у герцогини прямо-таки загорелись. Она тут же извлекла из раковины сочный кусочек плоти, по местным понятиям являющий собой мужской половой орган этого моллюска, и под всеобщие аплодисменты отправила его целиком себе в рот.
– Я буду похрабрее Уильяма, – подначила она мужа, сорвав новую порцию смеха и оваций, и добавила, что рапанов во фритюре ей вообще-то доводилось пробовать и раньше, а вот салат из них ей предстоит вкусить впервые. И, взявшись за нож, Кэтрин принялась помогать Джейд «Коу» Аддерли, хозяйке гостеприимного заведения Kow Conch Stall, измельчать мясо моллюсков.
– Ну так с этим и я справлюсь, – поддержал обмен шутками Уильям – и принялся помогать супруге.
Этот эпизод показателен в плане того, насколько далеко ушла Кэтрин от образа робкой скромницы, в котором выступала в своём первом заокеанском королевском турне. Не менее показателен он и в плане демонстрации ею полной уверенности в незыблемости их с Уильямом брака. «Хорошая бы из неё помощница вышла, – вспоминала позже Джейд Аддерли. – С радостью оставила бы её работать у себя на кухне».
Затем Уильям экспромтом устроил им остановку в приглянувшемся ему баре. Хлопнув ладонью по барной стойке, он прямо так и заявил: «А вот это – моя остановка!» Ему там предложили местный коктейль Gullywash из кокосового молока напополам со сгущёнкой. Напиток Уильяму пришёлся настолько по вкусу, что он пошутил: «Короче, ребят, вы там пока потолкуйте о чём-нибудь между собой, а я остаюсь здесь».
Королевский корреспондент BBC Джонни Даймонд был беспощаден в своей оценке этого турне:
