Жизни обеих принцесс в итоге оказались омрачены супружескими изменами и ложью и оборвались трагически. Грейс погибла 13 сентября 1982 года в автокатастрофе под Ла-Тюрби. Причём за рулём не вписавшегося в изгиб серпантина авто была она сама. «Не могу остановиться! Тормоза отказали!» – было последними словами, услышанными от неё на пассажирском сиденье дочерью Стефанией. Сама Стефания отделалась лёгкими травмами, а вот её мать Грейс скончалась, не приходя в сознание, на пятьдесят третьем году жизни[214].
Такая же участь была уготована и принцессе Диане. Она скончалась 31 августа 1997 года в парижской больнице Питье-Сальпетриер от смертельных травм, полученных в автокатастрофе в туннеле под мостом Альма. Оба этих ДТП, разумеется, породили массу домыслов вплоть до теорий заговоров. В народном сознании две эти обаятельные и неугомонные дамы однозначно остаются знаменитейшими принцессами, по меньшей мере, XX столетия.
По словам принцессы Дианы, прибывшей на похороны Грейс через полтора года после их первой и последней прижизненной встречи, последним своим напутствием тогда годившаяся ей по возрасту в матери принцесса Монако глубоко её встревожила. Как бы успокаивающе коснувшись ладонью щеки Дианы, Грейс сказала ей: «Да ты не волнуйся, дорогая. Дальше будет только хуже».
Увы, её слова оказались пророческими.
Тем, кто лично застал так называемую «эпоху Дианы» – полтора десятилетия в 1980-х и 1990-х годах, на протяжении которых СМИ смаковали каждый её шаг, – трудно даже вообразить, чтобы «Её королевским Высочеством принцессой Уэльской» величали или позиционировали кого бы то ни было ещё. С первого же появления на сцене в образе поначалу застенчивой и скромной «леди Ди» она буквально обворожила людей во всём мире. Она была любимицей масс-медиа, и образ её при жизни регулярно красовался на обложках глянцевых журналов и первых страницах газет, благо журналисты в Диане души не чаяли и всячески превозносили её доброту и самоотверженную гуманитарную и благотворительную деятельность. Пресса была настолько ненасытна по части смакования её образа, что вся её жизнь сделалась де факто публичным достоянием, поскольку издатели и редакторы знали доподлинно, что фото Дианы на обложке – верный способ резкого повышения тиражей. Но подобная слава даром не обходится. Её оборотной стороной стали хроническое перенапряжение психики и булемия (нарушение пищеварения) на нервной почве, а после крушения их брака с Чарльзом она страдала ещё и комплексом вины с проистекающим от него самоуничижением.
Наперекор всему она так и осталась в людской памяти самой прославленной женщиной своего поколения и всемирной иконой. Миллионы никогда не видевших Диану вживую людей оплакивали её после трагической гибели в автокатастрофе в возрасте всего лишь 36 лет. За свою недолгую жизнь она успела завоевать сердца всех без исключения британцев. И недаром премьер-министр Тони Блэр по случаю её гибели провозгласил Диану «народной принцессой», хотя ей и не суждено было когда-либо стать Её Величеством королевой Великобритании.
В отличие от Кэтрин леди Диана Спенсер была потомственной аристократкой, дочерью Джона, 8-го графа Спенсера. После венчания с принцем Чарльзом в соборе Святого Павла 29 июля 1981 года она неизменно побеждала во всемирных опросах в номинациях «любимая королевская особа» и «самая фотогеничная женщина».
Люди, ни разу не встречавшиеся с Дианой, каким-то образом ощущали себя её добрыми знакомыми и даже чуть ли не роднёй. Многотысячные толпы являлись на официальные мероприятия с её участием и выстраивались вдоль улиц в надежде хотя бы мельком увидеть милую их сердцам Диану вживую. Принцесса же, в свою очередь, не жалела времени на общение с народом и всегда старалась уделить простым людям побольше внимания, устраивая даже внеплановые уличные прогулки. И когда личная жизнь Дианы начала рассыпаться прахом, многие стали сопереживать ей больше прежнего.
После развода с Чарльзом 28 августа 1996 года королева Елизавета II своим указом лишила до того дня носившую титул «Её королевское Высочество принцесса Уэльская» Диану права так именоваться в силу её выхода из состава королевской семьи. Однако дворец соблаговолил сохранить за нею титул «Диана, принцесса Уэльская» до нового замужества. Поскольку такового, как всем известно, так и не последовало, Диана так и оставалась принцессой до трагической гибели в Париже на следующий год. Многие сочли лишение Дианы звания «королевского высочества» мелочностью и даже мстительностью, особенно в свете того, что она по-прежнему играла важнейшую роль матери будущего короля, своего старшего сына Уильяма.
Как страстно выразился в надгробной речи в Вестминстерском аббатстве брат Дианы граф Спенсер, она была человеком «с естественным благородством вне классов» и «доказала за последний год, что не нуждается в королевском титуле для того, чтобы и дальше производить своё особое, только ей присущее волшебство».
