– Набраться смелости и принять ванную!
– Но у нас нет ванной, у нас – душ.
Кевин начал терять терпение.
– А ты совсем ничего не помнишь?
– Совсем, – вздохнул он.
– Быть может, ты просто не хочешь об этом вспоминать. Иногда мозг включает такую защитную реакцию.
– Может быть, я не знаю.
– Хорошо, а что ты можешь вспомнить? Какой день или событие, как тебе кажется, осталось в твоей памяти до того, как ты очнулся в больнице. Что самое последнее с тобой произошло?
Кевин задумался. Он вспомнил, как он возвращался домой из школы. В этот день моросил дождь. Он дошел до станции и увидел, что поезда отменены. А вот дальше…
– И, как ты добирался в этот день домой? Автобусом или на такси? – заинтересовалась психолог.
Кевин нахмурил лоб, пытаясь вспомнить, но ничего не получалось, как он ни старался. Наверное, это и был тот самый день, когда он познакомился с Квинн. Лин и Лили рассказали ему, что он шел пешком через парк Долины Ли.
– Не помню, – вздохнул он. Он не соврал ей, ведь психолог спрашивала о том, что он помнит сам, а не о чем он знает от друзей.
– Я думаю, что тебе нужно найти в своей памяти какой-то маячок. Что-то, за что можно было бы ухватиться!
Кевину очень хотелось все вспомнить. Он задумался на минуту, а потом неуверенно поделился.
– Когда я лежал в больнице, медсестра показала мне кнопку вызова. Она нажала на нее, и под потолком замигала оранжевая лампочка. И мне это что-то напомнило, что-то очень знакомое! Но я до сих пор так и не знаю, что.
– Уже лучше, – обрадовалась психолог. – Вот ты за эту лампочку и держись! Попробуй ее себе представить, или сходи еще раз в больницу и посмотри на нее.
Кевин покорно кивнул.
– Ну, что ж, в принципе, я довольна твоим состоянием. Не уверена, что память к тебе вернется, но, главное, что ты не испытываешь подсознательного страха! – психолог встала, достала из сумки какие-то бумаги и что-то в них отметила.
– Так мне уже можно гулять? – спросил Кевин.
– Конечно! Свежий воздух – это полезно! – улыбнулась она, стоя уже в дверях. Она вновь заглянула в свои бумаги.
– Кстати, чуть не забыла, а тебя не беспокоит тот факт, что работник Тауэра обвинил тебя в краже?
– Нет, совсем нет, – как можно невиннее улыбнулся Кевин.
– Но не мог же он просто взять и выдумать это? – удивилась она.
– Мои друзья сказали, что он был того, – Кевин покрутил пальцем у виска. – Сначала он рассказывал нам о каких-то привидениях, а потом у него начались галлюцинации. Он увидел призрака на крыше башни, когда мы туда поднялись – показывал на пустую стену и уверял нас, что там кто-то есть.
Женщина покачала головой.
– Да уж, ходят слухи, что в Тауэре постоянно кто-то натыкается на привидения. Не удивительно, что рано или поздно они начинают мерещиться людям. Ведь он проработал там много лет?
– Не помню, – пожал плечами Кевин.
– Ну, раз он такой странный, наверное, и про кражу часов он насочинял, – махнула она рукой и вышла из комнаты.
Кевина, как током ударило. Откуда она знала, что это были часы?! Хромой Боб, как рассказали ему друзья, просто увидел что-то блестящее. Он никогда не упоминал, что это были именно часы. Кевин встал, нервно походил по комнате, потом набрал номер Лина и поделился с ним своими подозрениями.
– А ты спрашивал родителей, кто ее прислал? – испуганно спросил Лин.
– Нет, но я узнаю! Зато она сказала, что все в порядке, и я могу выходить из дома! – добавил Кевин.
– Ну, наконец-то! Давай завтра встретимся в парке Долины Ли и навестим мистера Розенталя? – обрадовался Лин.
Вечером за ужином Кевин задумчиво ворошил спагетти. Он наматывал их на вилку, а затем вновь крутил ее в обратном направлении, равномерно распределяя их по тарелке. Наблюдая за ним какое-то время, мама, в конце концов, не выдержала.
– Кевин, если ты будешь плохо есть, то я не смогу отпустить тебя с друзьями на прогулку! Тебе надо набираться сил! – нахмурилась она.
– Прости, мам, я просто задумался! А эта женщина, психолог, которая приходила утром, она что вам сказала?
– Сказала, что ты здоров и, что волноваться не стоит.
– А откуда она взялась?
– Ее прислали нам из больницы, кажется, да? – мама неуверенно посмотрела на отца.
– Когда тебя выписывали, к главному врачу обратился кто-то из самой Палаты Лордов. Случай-то был неординарным! – ответил он. – Тебя же и по новостям показывали, и расследование провели! В общем, всколыхнул общественность! Такого еще не было, чтобы птица кого-то с Тауэрского моста в воду столкнула! – усмехнулся отец. – Ну и предложили тебе помощь. Птицы-то эти государственной значимости – они хранят традиции замка. Хотя, теперь и ты – птица важная, – рассмеялся он.
– Понятно, а как звали этого человека из Палаты Лордов? Не помнишь?
– Ой, нет, – улыбнулся отец. – Я и внимания не обратил. Подумаешь, какая-то психологическая помощь, вот, если б материальная! – расхохотался он, а мама с укором посмотрела на него.
– Ну, разве можно так шутить? Я, кстати, вспомнила. Нам еще рекламный флайер дали. Этот человек, кажется, планирует участвовать в выборах.
Она поднялась из-за стола и заглянула в мусорную корзину.
