– Кандагар, куда меня направили из Кабула для прохождения службы в команде «Кавказ», группы которой помимо Кандагара дислоцировались в Калати-Гильзаи и в Лашкаргахе, был местом гиблым, опасным, – вспоминал Олег Владимирович. – Отношение местного населения к советским военнослужащим было неоднозначным. Буквально накануне моего приезда выскочивший из толпы пацаненок выстрелом из пистолета тяжело ранил советского офицера. Да и в окрестностях города ситуация не отличалась стабильностью. Немалую роль в этом играло и соседство с границей. Пакистан, на территории которого действовало около 124 центров подготовки душманов, находился всего в сорока километрах. В этих центрах инструкторы экстра-класса круглосуточно обучали многочисленных «призывников» тактическим приемам и способам ведения боевых действий. Потому недостатка в новоиспеченных борцах за «попранную свободу» и «поруганную веру» в окрестностях Кандагара не было. Конвейер по их производству работал без перерыва. Создававшиеся за границей группы боевиков, объединявшиеся в более крупные формирования для проведения масштабных операций, жить спокойно не давали. Нападения на гарнизоны и армейские посты, на административные центры, госучреждения и крупные экономические объекты совершались регулярно и небезуспешно.
Залогом тому было грамотное использование наших просчетов, которых, особенно в первые годы афганской кампании, было в избытке. К сожалению, руководство СССР неправильно оценило ситуацию в Афганистане. Горы, пустыни, отсутствие четко обозначенной линии фронта и навыков ведения малых войн, плохое снабжение, противник, растворившийся в широких массах мирного населения, незнание местности, географических и климатических особенностей, уклада местной жизни, недооценка места религии в обществе и степени политической изолированности народных масс – все это сбивало с толку попавшие в чужой, незнакомый мир наши войска, зато играло душманам на руку. Каждый наш промах не оставался незамеченным.
Олег Пересятник
Они грамотно обстреливали вертолеты из окопов в виде вертикальных шахт, карнизов горных скал, устраивали на господствующих высотах позиции для ДШК и ЗГУ, пристреливали загодя важные в тактическом отношении открытые участки местности, обстреливали наши самолеты и вертолеты при взлете и посадке. Мы же, стиснув зубы, учились, учились и учились… На потерях, на крови, на слезах…
