Выбеленное афганское солнце стояло в зените, когда летом 1981 года массивные шасси Ил-76 коснулись взлетно-посадочной полосы кабульского аэродрома. Отбрасывая причудливую тень на аэродромные плиты, самолет, окунув немногочисленных встречающих в марево перегретого воздуха, деловито, по-хозяйски зарулил на стоянку. Молодой, уверенный в себе человек в синих вытертых джинсах и светлой тенниске легко спустился на раскаленную бетонку, перебросился парой слов с попутчиками, закурил, осмотрелся. Он был полон сил, патриотического подъема и искренне, до глубины души веровал в то, что прилетел на эту землю с праведной миссией – оказать посильную помощь братскому афганскому народу в построении новой лучшей жизни. Звали его Олег Пересятник, и со стороны он скорее походил на заезжего столичного журналиста, нежели на капитана госбезопасности.
Позади были месяцы подготовки на Курсах усовершенствования офицерского состава КГБ СССР в подмосковной Балашихе, именуемых сведущими людьми не иначе как разведывательно-диверсионной школой, что, по мнению многих, более соответствовало действительности. Месяцы изнурительных занятий, тренировок, учений, маневров, марш-бросков…
Впереди ждала служба в составе оперативно-разведывательного боевого отряда КГБ СССР «Каскад-3», крушение иллюзий и переосмысление того, что происходило вокруг. Здесь все было не так, как рисовалось советскими идеологами, как писали средства массовой информации. Здесь шла война…
С Олегом Владимировичем мы встретились спустя двадцать пять лет после его возвращения на Родину.
