Подписание двухстороннего договора о ненападении с Германией и вслед за ним Хозяйственного соглашения о торговле открыли для Советского Союза немало возможностей, как в плане приобретения необходимого новейшего промышленного оборудования, так и в плане изучения боевой техники вероятного противника. И немалым преимуществом для обеих сторон в сложившейся ситуации являлся взаиморасчет за поставляемые друг другу товары, что позволяло вовсе обойтись без трат дефицитных золотовалютных ценностей.
Естественно, прибывшая в начале декабря 41-го года в Москву торговая делегация Германии изначально вовсе старалась диктовать свои условия советской стороне. Мол, вы нам давайте много, всего и сразу, а мы вам отгрузим что-нибудь как-нибудь потом. Может быть. Если не забудем. Но очень скоро к её представителям пришло понимание того, что всё необходимое для себя СССР может закупить и в США. Да, это выйдет дольше и за «живые» доллары, а не по схеме взаиморасчета. Но всё же выйдет! Причем, по заметно меньшим ценам! Ведь, следуя указаниям руководства, свои товары уполномоченные германского правительства оценивали раз в пять дороже рыночных расценок. А боевую технику — вовсе пятнадцатикратно, аргументируя это тем, что Советы всё равно станут копировать её у себя, и данная накрутка изначально является платой за лицензию.
Не учли они при этом одно. Их визави прекрасно осознавали, что Германия уже который год кряду была отрезана от очень многих сырьевых источников, в коих испытывала нешуточную нужду. Потому дней через пять тон руководителя делегации — Карла Риттера, сменился с высокомерно-требовательного на унизительно-просительный. Что-что, а торговаться народный комиссар внешней торговли СССР — Анастас Ованесович Микоян, умел. Более того! Сам желал нагреть немцев на будущих поставках, требуя вперед отгрузки германских товаров, за которые впоследствии виделось возможным предоставить, и лес, и нефть, и зерно, и может даже медь с легирующими металлами, которых так-то самому Союзу вечно не хватало.
Тогда же, параллельно, в Германию была выслана уже советская делегация, которой ставилась задача за месяц-полтора разнюхать всё на месте, что там организованно, да как. И после поведать руководству СССР, поставок какого именно оборудования с вооружением следует требовать от немцев в самую первую очередь. Возглавлял же делегацию нарком черной металлургии — Ованес Тевадросович Тевосян. Почему именно он? Да потому что обладал редким даром выстраивания беседы таким образом, что противоположная сторона впоследствии сама соглашалась с его доводами и выводами, как с единственно возможным. Вдобавок, прежде он уже стажировался в Германии и хотя бы имел понятие, в какую сторону следует смотреть. Плюс сказалась прежде занимаемая им должность — наркома судостроения.
А с судостроением в СССР творился сущий мрак. Слишком уж сильно напортачили те, кто принимал решение о начале претворения в жизнь «Десятилетнего плана по строительству кораблей ВМФ». То есть вся верхушка страны! Ну не мог потянуть Советский Союз в столь ограниченный срок постройку 15 линкоров, 16 тяжелых, читай — линейных, крейсеров, 32 легких крейсеров и до кучи — свыше тысячи вымпелов меньшего класса. И время это всем наглядно показало.
Хоть как-то дела у корабелов продвигались со всякой мелочью, эсминцами и легкими крейсерами. И то с изрядным таким скрипом да скрежетом. Корабли сдавались флоту без вооружения и ряда жизненно важных систем. Линейные же великаны заметно отставали в плане своего схождения на воду, поскольку для них недоставало вообще всего, включая даже просто судовую сталь, которую ныне в огромных количествах везли из Испании. А немцы как раз только-только отказались от дальнейшей постройки крупных надводных кораблей, отдав предпочтения заметно более дешевым подлодкам, отчего у них образовались некоторые излишки весьма специфичного оборудования, а также простаивающие производственные мощности. Опять же очень специфичные. В общем, у «корабельной части» советской делегации имелось что перенять, подсмотреть, купить, заказать.
К примеру, флот очень сильно заинтересовали двенадцать двухорудийных башенных установок с 380-мм орудиями для строящихся линейных крейсеров «Кронштадт» и «Севастополь». Уже сейчас было ясно, что собственные предприятия никак не поспевают с поставкой на данные корабли подобного вооружения, а немецкая фирма «Крупп» как раз искала, куда бы приткнуть данные изделия, что производились в цехах её заводов для новейших германских линейных крейсеров, постройка которых оказалась аннулирована в 1941 году.
