Общение первоклассника Славы Л. с любым преподавателем начиналось с комплиментов и лести, а завершалось интригами против того же учителя, за которыми следовали просьбы «дать ему шанс исправиться». При этом он демонстрировал преувеличенное внимание к другим и показную чуткость, которые в той или иной степени свойственны всем детям доминирующего типа. Причиной такого поведения является желание вызвать симпатию окружающих. Именно поэтому, например, в конце занятия Слава Л. сказал психологу, что ему понравилось выполнять задания и он хотел бы продолжить занятие после звонка. Экспериментатор охотно согласился и тут же предложил рисуночный тест. Слава незамедлительно вспомнил о занятости и сослался на нее. Экспериментатор выразил удивление и прямо спросил, когда же мальчик был искренним. На лице ребенка появились растерянность, смущение, и он пустился в объяснения: «Ну, давайте я нарисую… Папа зайдет за мной в двенадцать тридцать… Сегодня день был тяжелый, хотел пораньше уйти поспать, ну, ничего, могу задержаться… Папа ведь зайдет за мной в тринадцать тридцать…» – он окончательно запутался.
Однако ложь и притворство, напротив, могут отсутствовать, а на первый план выступит подчеркнутая искренность. В этом случае демонстративность усиливается за счет «действия наоборот» в расчете вызвать внимание необычностью поведения: визга, бумажного фейерверка, прыгания на диване в учительской. У таких детей и рисунки приобретали нестандартный вид: в частности, на рисунках любой тематики первоклассница рисовала лишь себя, и ее платье было настолько разноцветным, что превращалось в полосатое, руки оказывались несоразмерно длинными. Впечатляющим было изображение несуществующего животного, которое обитало в космосе и имело в виде глаз продранные на листе бумаги дыры. В рисунках детей данной подгруппы вообще отсутствовала упорядоченность, отражались ненадежность и изменчивость настроения. Отсутствие стабильности, устойчивых симпатий и антипатий также проявлялось при изучении круга общения, когда назывались девочки, с которыми школьница встречалась год назад или которые уехали в другой город. Подобные факты говорят о неспособности демонстративного ребенка поддерживать долговременные отношения с окружающими. При неблагоприятных обстоятельствах (болезнь, скандалы в семье) эти дети легко десоциализируются и обходятся без общения со сверстниками. Но и при обычном ходе развития им свойственны вызывающие манеры, гримасы, жестикуляция, стремление к нестандартности, отход от общепринятых норм в интересах и одежде.
Подобный индивидуальный вариант характерологического развития можно было наблюдать у Полины Т. Если, в частности, требовалось нарисовать семью, то она рисовала большую по размерам парту, за которой восседала в позе примерной ученицы.
Такое поведение сформировалось в дошкольном детстве. В свое время девочка не смогла простить матери резкой перемены по отношению к ней. После рождения дочери мать сначала полностью посвящала себя уходу за единственным и долгожданным ребенком, но затем вернулась к активной деятельности и творческой работе преподавателя вуза. Дочь, чтобы вернуть материнское внимание, умело устраивала скандалы по любому бытовому и учебному поводу, играя на нежелании матери «подавлять индивидуальность и личность ребенка». Поля могла демонстрировать полную безучастность к происходящему, но стоило появиться матери, как разыгрывался самый «громкий» спектакль по поводу одежды, еды, занятий. При поступлении в школу аналогичное поведение наблюдалось по отношению к значимым взрослым.
Существенно, что для демонстративных детей со склонностью к манипуляциям важна отметка, именно ее они выбирают как форму вознаграждения за учебные успехи. Это позволяет учителю, используя развернутое оценочное высказывание, сопровождающее выставление отметки, влиять на детское самооценивание.
Исследователи демонстративного поведения5 считают, что общественное признание необходимо любому человеку и что демонстративная личность может быть прекрасно адаптирована. Демонстративное поведение рассматривается ими, во-первых, как
