Через ворота въехал без проблем. Поставив машину на стоянку, по широкой лестнице поднялся на открытую веранду особняка. Первый, которого встретил из охраны у входа, на вопрос, где в доме подвал, указал пальцем в сторону проема двери.
— Веди.
Вход в цоколь ограничивался металлической дверью. Сам подвал был не захламлен, выложен по периметру бетонными плитами с элементами кирпичной кладки. Изъяв у провожатого оружие и средства связи, определил его «на место». Напрягая все свои силы, заставил собраться в подвале всех людей, которые в это время несли службу в помещениях первого этажа. Вместе со всеми заявились и повара. Встречая каждого перед дверью, освобождал их от лишних «железок» и «говорилок». Когда они повинуясь его воле, застыли истуканами в цоколе, закрыл дверь, задвинул задвижку засова. Только после этого облегченно вздохнул, пот градом струился по лицу, стекая по подбородку на шею. Устал неимоверно. Как бы не надорваться, при жизни такой!..
Застывшие глаза секретаря, поза и отсутствие мыслительного процесса, сделали его внешне похожим на зомби, каких принято показывать в фильмах ужасов. Не человек, аморфное существо из потустороннего мира. Хильченков встал перед дверью, вслушался в происходящее за ней. В соседнем помещении находился Ван Альтен, сомнений в этом не было. Когда человек напряжённо думает о чём-либо, клетки головного мозга передают импульсы всем мышцам организма. Их движения, незаметные простому глазу, легко воспринимались даже за перегородкой дверного полотна. Частота дыхания, биение пульса, соответствовали индивидууму фигуранта.
Толкнув от себя дверь, Сергей вошел в большое помещение кабинета. Седой, лысоватый мужчина, за массивным столом в глубине комнаты, оторвавшись от экрана ноутбука, поднял на него глаза. Если удивление на лице его, лишь промелькнуло и исчезло, то участившийся пульс не вошел в норму. Сказалась привычка держать удар при любых обстоятельствах. Достойный противник, но он ничего не мог знать о Сергее.
— Кто вы?
Тембр голоса и характер держаться на людях были настолько завуалированы, что вошедший должен был подумать об ординарности ситуации. В его понимании сбоя обычного поведения наблюдаться не могло, даже если произошел банальный захват объекта.
Хильченков не торопился раскрываться. Не отрывая взгляда от глаз визави, спокойным шагом проследовав к столу, уселся на один из стульев. Незримая, проводимая ним работа с диагностикой мыслительных процессов клиента не терпела спешки. Не тот случай. Читать мысли, как читают книгу, листая страницы одна за другой, Сергей не мог, посему ментальный и психологический планы, требуют времени. Судя по вкраплениям точек разного рода в ауру индуктора, в разное время с ним «работали» не слабые специалисты из породы «ведающих». Если переть буром, снося барьеры на своем пути, Ван Альтен загнется раньше чем должен, но радовало то, то хитросплетение вмешательства в мозговую структуру не походило на зомбирование как у Селенджера.
Американец, словно почувствовал, что его мозг прощупывают непонятным образом, поежился в кресле, впервые проявил беспокойство. Попытался отвести взгляд. Спросил:
— Что вам нужно?
— Откройте сейф.
Сергей ментально нажал рычаги принуждения над личностью, мягко но с постоянным напряжением. Человек, скованный чужой силой пытался сопротивляться. Пот градом струился по его морщинистому лицу, а вместе с ним бренную оболочку покидал запас прочности. Обычно, такое действие оказывают на организм психотропные препараты.
— Н-не м-могу!
Усилил нажим.
— Откройте сейф.
Американец подчинился. Его пустой взгляд уставился в чрево открытого бронированного ящика с теперь бесполезными степенями защиты. Хильенков в сторону сдвинув на столе все лишнее. Наклонившись, самостоятельно «выгреб» содержание сейфа на освободившееся место. Открытый, пустой «дипломат» хозяина лег на стол рядом с кипой бумаг и мелких коробок. Пачки денег, как не нужный мусор, сразу были отсортированы на пол. Явно не с музыкальной продукцией «Незалежной», диски тонким слоем улеглись на дно. Флешки из двух коробок, без разбора, высыпал следом. Теперь бумаги. Папки из пластика. С ними возиться времени не было, сложил компактно в два ряда. Папки другого формата с бумажным наполнением, сшитым, заверенным подписями и печатями, привлекли внимание. Но если класть все подряд, не поместятся. Он не слишком большой специалист во многих вопросах, но то, что считал второстепенным, откидывал на пол. А это что? Вчитался.
В стопку печатных листов, сплошь и рядом имевших угловой штамп «TS» — top secret или «with great secrecy» были подшиты и «проходные» донесения, на первый взгляд не слишком нужные. Та-ак! Донесения полевых агентов. Доклады заокеанских кураторов. Финансовые документы инвестпроектов. Отчеты о работе полиции некоторых городов по определенным направлениям и особый контроль над нею и регионами в частности имеющими стратегическое значение в антироссийских проектах. Особо не вчитывался, бегло пролистывал совершенно секретные бумаги.
