Аукцион Хасиенды состоялся в Richard Conrad Building в Манчестере в субботу, 25 ноября 1997 года. Был создан официальный сайт www.hacauction.com, на котором были выставлены на продажу артефакты, имеющие отношение к истории клуба. Вырученные деньги шли на благотворительность в пользу несовершеннолетних. Ниже приведён полный список лотов.
Одна диджейская кабинка.
Восемь центральных железных колонн (RSJ) яркой полосатой раскраски.
Десять фрагментов танцевальной площадки (по одному квадратному метру), почищенные, ошкуренные, покрытые лаком и установленные на 18-мм деревянной подставке.
Пять фрагментов сцены, почищенные и установленные на 18-мм деревянной подставке.
Одна примерочная кабинка.
Одна кабинка звукооператора и световика.
Бар Kim Philby.
Бар Can на первом этаже.
Один набор стульев для банкетов.
Одна «сломанная» арка (висела перед лестницей, ведущей в бар Сап).
Одна арка перед танцплощадкой.
Две колонны рядом с аркой (продаются как один лот).
Различные фрагменты сцены.
Различные части сцены, завёрнутые в чёрно-белые яркие полоски.
Различные фрагменты стульев Mondays' Corner (на самом деле принадлежавших Солфорду).
Один отпечаток руки и подпись на бетоне («Тони 94»).
Один отпечаток руки и подпись на бетоне («Хуки 94»).
Различные связки флуоресцентных наборов для освещения стен.
Различные связки электронных частей и наборов для освещения.
Три синих и красных фонаря внешнего освещения.
Пять чёрных и жёлтых звукоизолирующих перегородок.
Три блока из двухсот зелёных, синих и красных глазурованных внешних кирпичей.
Три блока из двухсот обычных кирпичей.
Четыре части балюстрады балкона.
Различное сантехническое оборудование из туалетов (из нержавеющей стали).
Различные двери из туалетов.
Кухонная посуда.
Холодильники.
Четыре монитора.
Один кассовый аппарат.
Один журнал заказов напитков.
Шесть батарей Victorian из Хасиенды и Round House.
Различные зеркала из туалетов и барные приспособления.
Доски для объявлений.
Один платный телефон.
Различные подставки для колонок.
Товары на продажу.
Оставшиеся ленты с танцевальной площадки.
Отдельные зелёные, синие и красные глазурованные кирпичи.
Как же мы смогли протянуть пятнадцать лет?
За счёт упорства. Главным образом, Роба. Он был свиреп, как питбуль, даже когда все вокруг лупили его палками, он не сдавался.
Иногда я думаю: каково было его семье? Он был настолько предан своему делу, что близкие наверняка страдали. Хасиенда не могла не стать частью их семьи.
В то время мы не осознавали этого — настолько были заняты собой, что забывали про других людей. Теперь я думаю о них и обо всём, через что они прошли. Простите меня.
Когда я оглядываюсь назад на все эти годы, ощущение такое, словно наблюдаешь дорожную аварию, в которой погибли люди, и дивишься, что сам в ней не пострадал. Лучшее время в Хасиенде для меня наступало в конце мероприятий, когда мы закрывались и всех выгоняли. Адреналин бурлил, поскольку мы были на грани, и это было опасно, нам нравилось оттягиваться всей группой, так как мы (наш персонал и некоторые главные охранники) были записными любителями веществ. Мы сидели и выпивали, наслаждаясь тем чувством, что пережили ещё одну ночь. Фух.
После того, как здание ушло с молотка, мы стали распродавать сувениры. Заведение заполонили фанаты и коллекционеры, были разные люди. Один парень купил дверь от туалетной кабинки, где у него был секс, о чём он хотел иметь вещественное напоминание. Продавался также кусок бетона за дверью, на котором мы с Энг вырезали наши имена. Аукционеры поместили его в рамку, довольно мило получилось. Я предложил цену, и она стала повышаться. После этого Энг собственной персоной выбежала на подиум, схватила микрофон и закричала: «Перестань делать ставки, Хуки! Это я!» Именно она хотела купить лот. И мы оба подняли цену. Типично для нас.
Бобби Лэнгли, бывший диджей Хасиенды, купил диджейскую кабинку. Он услышал сплетню, будто Cream собираются её купить, и заранее сказал мне, что его начальство в Bench установило ему лимит в 8000 фунтов, чтобы лот остался в Манчестере («не дай ливерпульцам получить его!»). Я проводил аукцион для этого лота.
Помню, как Бобби предложил вначале сто фунтов. После этого таинственный участник объявил двести.
Других заинтересованных нашлось. Ставки повышались до тех пор, пока конкурент не сдался на 7900 фунтах. Бобби купил кабинку за восемь тысяч.
Когда спустя годы я поведал ему, что на самом деле никакого соперника не было, он пришёл в ярость. Выяснилось, что начальник шутил, а самого его чуть не уволили.
Хороша была бы причина. Тони поинтересовался вслух: «Что он собирается с этим делать? Открыть бургер-бар?» (На самом деле Бобби принёс кабинку на Tribal Gathering в Southport в 2002 году, где её представили как главную достопримечательность. Последний раз её видели разваливающейся в автопарке где-то в Нортен Куортер.)
