Хасиенда: Как не стоит управлять клубом полностью

Эта музыкальная политика была продиктована Уилсоном. Действительно, Кларк вспоминает, как Уилсон говорил ему, что негритянская музыка станет новой коммерческой танцевальной музыкой, даже при том что в Хасиенду приходили панки и готы, с нетерпением ожидавшие продолжения вечеринок Factory, проводимых в PSV. «Могикане и всё тут, — вспоминает Кларк, у которого развилась паранойя после того, как панки отказались танцевать под типичные зажигательные африканские мотивы, которые были бы очень кстати в Reno. — Тони зашёл в кабинку и сказал: "Замечательно, продолжай, дорогуша". А я подумал: так ведь никто не танцует».

Пройдёт время, и они начнут танцевать. На тот момент Хасиенда была известна своими легендарными живыми концертами.

Трудности, с которыми мы столкнулись во время открытия, лишь усугубились. Да, на открытии клуб бьш набит битком, но тогда был бесплатный вход и выпивка, — чего вы ещё ожидали? Зато потом посетителей можно было пересчитать по пальцам.

Несмотря на это, Тони и Роб всеми силами старались, чтобы клуб был открыт каждый день, а также во время ланча в субботу и воскресенье. Они хотели, чтобы у членов клуба всегда было куда пойти. Если вы застали Хасиен-ду, то точно знаете, что клуб едва ли можно было назвать самым уютным местом для дневного отдыха. Из-за стеклянной крыши днём внутри было слишком ярко, а огромные размеры создавали ощущение холода и вызывали дискомфорт. Это как пытаться расслабиться в музейном кафе. Такая атмосфера никого не привлекала.

Мы наняли шеф-повара. Я там питался, поскольку он был действительно хорош. Он готовил восхитительные блинчики с курицей в сливочном соусе. Они были великолепны. Конечно, будучи совладельцем, я не должен был платить за еду в Хасиенде и считал, что это крайне выгодно. Но как мало я знал о том, что на самом деле отдавал целое состояние. Он недолго проработал, всего несколько недель, поскольку готовил только для меня. Печально. Он был мастер.

Мы возложили странные надежды на наш клуб, поскольку никакой клуб не бывает открыт семь дней в неделю. Здравый смысл должен был нам подсказать после первого месяца (в течение которого мы совсем не заработали денег, так как в дневное время никто не приходил и полный штат работал в пустом клубе), что нужно немедленно что-то менять. Но клуб продолжал работу в прежнем режиме ещё около двух лет, пока кого-то не осенило: «Да какого лешего мы вообще делаем!» Безумие.

А какого лешего мы делали? Возможно, Роб ставил на то, что люди изменят своё отношение и повалят толпой. Он был маньяк в этом плане. Однажды на пароходе, идущем во Францию, я видел, как он делал ставки до тех пор, пока не остался последним на палубе. Он буквально вывернул свои карманы наружу — только что слоника не показал, и лишь когда остался совсем без денег, пошёл спать.

Поначалу вход в Хасиенду был бесплатным с понедельника по четверг (для членов клуба, так как первые два года у клуба была лицензия «только для членов»). Прошедшие внутрь стремились попасть в бар Gay Traitor. «У нас собиралось человек пятьдесят или шестьдесят, которые просто сидели и выпивали. Им это нравилось», — вспоминает менеджер Говард Джонс. В дни больших концертов (New Order, Culture Club, Bow Wow Wow) посещаемость могла быть высокой, до 1400 человек, согласно данным Джонса. Также по выходным приходило «не менее тысячи человек». «Финансовые затруднения были вызваны тем, что клуб был открыт каждый вечер в течение первых шести месяцев».

Насколько я помню, даже в выходные собиралось две или три сотни человек, но тут данные расходятся.