сказать: вся разница между новой и старой практикой заключается не в том, что
новая отрицает старые положения, а в том, что она идет дальше. Если раньше
понимали детскую тру дность только как систему недостатков, то современная
психология пытается указать то, что скрывается за этими минусами, и если старое
воспитание склонялось к тому, чтобы уступать недостатку, следовать за ним, то
теперешнее учитывает недостаток, уступа ет для того, чтобы взять верх над ним и
преодолеть дефект, который сделал ребенка трудновоспитуемым или труднообучаемым.
Moral insanity*
* (В группу беспризорных включаются различные типы детей -правонарушители,
трудновоспитуемые, беспризорные. В общем, состав этой группы довольно полно
охватывает категорию так называемых морально дефективных).
Педагогическая реформа, назревающая в большинстве стран Европы и Америки,
питается в значительной мере психологическими концепциями и теориями. На сходной
психологической основе начинает вызревать в Западной Европе и в Америке
теоретический и практиче ский пересмотр еще одной актуальной для нашей
педагогики проблемы, именно проблемы moral insanity. Это английское название
моральной дефективности выражает в самой крайней форме взгляд на данное
состояние как на органическое заболевание (буквально: мо ральное безумие, или
помешательство). Под понятие moral insanity подводились все дети, которые в
поведении проявляли аморальность, нарушали моральные общепринятые нормы; сюда
социологической, психологической, психопатологической, педагогической.
В работах П. П. Блонского, А. Б. Залкинда и других было показано, что
морально дефективный ребенок-ребенок не с врожденным органическим недостатком,
но выбитый из социальной колеи; причины моральной дефективности следует искать
не в ребенке, а вне его - в социально-экономических и культурно-педагогических
условиях, в которых рос и развивался ребенок. В других условиях, благоприятных
для детского развития, в другой среде трудный ребенок очень быстро утрачивает
черты моральной дефективности я станови тся на новый путь. Проблема moral
insanity поставлена и решена у нас как проблема среды; оздоровление среды
сделалось основой воспитательной практики в этой области. В последние годы
европейская научная и педагогическая мысль подходит к та кому же пониманию этой
проблемы. На первом немецком конгрессе по лечебной педагогике (1922) в докладе
"Психопатия и беспризорность" на основании исследования значительного детского
материала сделан вывод, что психопатичность играет незначительную роль среди
факторов и причин детской беспризорности, правонарушений и пр. Среди
исследованных детей не нашли такой группы характеров, которая бы сама по себе,
вследствие психопатии, была предопределена и обречена на беспризорность. Только
о детях, число которых ничтожно, делается осторожная оговорка.
На том же конгрессе в чисто теоретическом докладе "О дефектах воли с точки
зрения нормальной психологии" впервые со всей решительностью отвергается
концепция moral insanity как душевной болезни. Докладчик говорил, что всякий
раз, когда речь идет о нед остатке воли, выражающемся в выпадении тех или иных
ценностей или оценок, например мотивов поведения, причину надо искать не во
врожденном дефекте воли или извращении отдельных функций, но в среде и
воспитании, которые не установили требуемых оценок. Докладчик отмечал, что moral
insanity следует понимать не как извращение чувств, но гораздо проще - как
недостаток нравственного воспитания индивида. По мнению докладчика, иногда не
стали бы выдавать эти проявления за душевную болезнь, если бы состави ли сводку
всех тех выпадений "мотивов ценности", которые встречаются у нормальных людей.
Один "невосприимчив" к эстетическим ценностям, другой к общественным и т. д., т.
е. каждый индивид имеет свою moral insanity. В последнее время (1927) в защиту
по добного же понимания этической дефективности выступил М. Вертгаймер, один из
основоположников популярного в современной психологии направления - структурной
психологии. Это психологическое течение исходит из целостного понимания
психической жизни и пс ихического развития. Психологическое явление представляет
всегда, согласно этому взгляду, не простую сумму отдельных частей или составных
элементов, но единое целое, имеющее свои закономерности и свойства, не выводимые
из законов и свойств элементов. Это целое определяет свои части, а не наоборот;
это целое, по типу которого строится всякий психический процесс, называют
образом или структурой (Gestalt). Поэтому при изучении следует исходить от
целого, а не от частей.
Теория целостного подхода к изучению психологии привела ее сторонников к
необходимости понимать ребенка в связи со средой.
Напомним, что и у нас принципом целостного подхода мотивировалось требование
изучать ребенка, не отрывая его от среды, в которой он растет и развивается. В
