Алекс и Стэши подхватили его под руки, повели к выходу. Джин с фонариком ступала впереди. Его луч то и дело мигал, грозя вот-вот исчезнуть. Оставалось только верить, что он протянет ещё немного: «Луизианский приют» и без того ощущался как чертовски недружелюбное место, а уж погружённый во тьму… Стэши не хотела проверять, что будет, если фонарь погаснет.
– Когда мы только пришли сюда, ты сказал про что-то странное, – спохватилась она. – Что ты имел в виду?
– Здесь было чуточку слишком тихо, если ты понимаешь, о чём я. Обычно присутствие теней ощущается за пару десятков метров. Этот дом казался мёртвым. Абсолютно пустым. Я и Билли-то почувствовал с трудом – только потому, что он сам решил показаться.
– Он говорил, что Сесилия… убила всех.
– Да, – Грэм едва заметно дёрнул головой, – развоплотила. Обычно теням позволяют упокоиться, но Билли говорил об убийстве. Значит, от них вообще ничего не осталось.
Стэши подавила желание обыскать «Луизианский приют» до самой крыши, найти Сил и разрядить револьвер ей прямо в лицо. Эти мрази из ковена возомнили о себе слишком много. Мало того, что они похищали людей, пытали их, подвергали их рассудок какому-то ритуалу снова и снова, так ещё и отказали в упокоении. Она впервые соприкоснулась с миром духов, но на месте этих людей желала бы совсем иного посмертия.
Обратно они шли в гнетущем молчании. На душе у Стэши было скверно – и далеко не только потому, что уже произошло достаточно паршивых, болезненных, не влекущих за собой ничего хорошего вещей. Она кожей ощущала, что приближается нечто в разы худшее, и впервые за долгое время не понимала, сможет ли выстоять. В одиночку или нет, не суть важно – это сильнее их всех, вместе взятых.
Она никому не сумела бы признаться в этом, но боялась до дрожи.
Лишь когда «Луизианский приют» скрылся за поворотом, Стэши почувствовала, как невидимая ледяная ладонь, сжимающая её горло, наконец ослабила хватку. Рядом с явным облегчением шумно выдохнула Джин.
– Можете остаться, если хотите, – предложил Грэм. – Места полно. Идти куда-то посреди ночи…
Перспектива была заманчивая. Меньше всего на свете Стэши хотелось снова куда-то ехать. Это до бывшего особняка Дельфины добраться можно за пятнадцать минут, а до болот путь неблизкий. К тому же она знала, что Грэм не откажет и в порции-другой хорошего виски, и утром – в сытном завтраке.
Она обернулась. Алекс смотрел на неё тяжело и изучающе, будто видел впервые в жизни, и от этого взгляда по спине пробежали мурашки. Зародившееся недоверие разрасталось у неё на глазах. Казалось, протяни руку – и коснёшься.
– Нет, спасибо, – Стэши поспешила изобразить подобие улыбки. – Мне тут ещё надо парой слов с шерифом перекинуться, а потом домой поеду, так что… Спасибо, правда.
– Как скажешь.
Быстро и скупо попрощавшись со всеми, Джин рванула по улице почти бегом. Сегодняшняя ночь явно была для неё чем-то за гранью добра и зла, особенно после того, как ей пришлось предстать перед ковеном. Обвинять Джин в том, что она торопилась остаться в уединении, стал бы только дурак.
– Ну… тогда я пошёл, пожалуй. Зовите, если будут проблемы по призрачной части, – Грэм негромко рассмеялся. – Но не в ближайший месяц.
– Перебор?
– Перебор.
– Извини, что так вышло, – Алекс хлопнул его по плечу. – Завтра у тебя отгул. И ещё… Правда уверен насчёт Хьюзов?
– Я же говорил, – в глазах Грэма мелькнуло раздражение, едва уловимое, но всё-таки считываемое. – Уверен как никогда.
На прощание он обнял Стэши, и знакомый запах – свежего, чуть резковатого парфюма пополам с потом – защекотал ноздри. Это немного, но всё же успокаивало: хоть что-то узнаваемое посреди огромной, беспросветной, невыносимой бездны, в которую они падали, не имея ни единого шанса затормозить.
Как только за ним закрылась дверь, Стэши неспешно двинулась к Засранцу, оставленному рядом с домом. Оттягивать разговор дальше было невозможно, но она всё равно пыталась.
Шорох шагов Алекса за спиной отчаянно нервировал.
– Так почему ты не спросил? – не удержалась она. – Поехал в чёртов Орлеан, даже не удосужившись перед этим открыть рот.
– А ты сказала бы правду?
– Возможно.
– Вот видишь, – Алекс усмехнулся. – Никаких гарантий, верно?
– Зато в психушке, куда ты полетел как на крыльях, конечно, одни гарантии.
– Послушай…
Злость, ещё совсем недавно погребённая под тяжестью страха, всколыхнулась с новой силой, и Стэши лишь невероятным усилием воли не повысила голос – даже когда Алекс схватил её за плечо и одним резким движением развернул к себе.
– Послушай, – повторил он. – Мы вроде бы работаем вместе: ты, я и Джин. Но о тебе никто ни хрена не знает. Я уважаю твоё право на тайны прошлого, они есть у всех, это нормально… Но посмотри вокруг. Тайн достаточно и без твоих.
– Ради всего святого, Алекс…
– Почему ты просто не можешь довериться человеку, если он согласился переступить через закон, которому служит, ради совместной работы?
– Потому что этот человек уже уничтожил моё грёбаное доверие! – рявкнула Стэши.
