– Они и дня не продержались. Слишком большая концентрация энергии… В общем, если много ведьм собираются в одном месте, техника сбоит.
– Получается, там и со связью хреново…
– Пробиться по мобильному можно, но раз на раз не приходится.
«Луизианский приют» вырос перед ними точно из ниоткуда. Свет нигде не горел – то ли Юджина и Сил отлучились, а постояльцы спали, то ли им уже заботливо подготовили западню. У Стэши перехватило дыхание: ещё не хватало очутиться в ведьминской ловушке.
Она быстро оглядела остальных. Конечно, Алекс наверняка имел при себе пушку, да и Грэм не сунулся бы сюда без оружия. У неё самой за поясом дожидался своего часа нож. А вот Джин… Если она пришла с голыми руками, толку от неё будет маловато. Успей Афина научить её чему-то дельному, разговор был бы совсем иной.
– Закрыто, – Алекс потянул заднюю дверь, но та не поддалась. – Похоже, Юджина обо всём позаботилась.
– Не факт.
Грэм вытянул из кармана связку отмычек – наверняка изъятую при задержании – и под его возмущённым взглядом принялся ковырять скважину.
– Да ладно вам, шериф. Мне эти штучки давно достались, улики не трогал, слово скаута. Так вот… Судя по тому, что к нам ещё никто не бежит, никакой магической защиты на этой двери всё равно нет.
Он как-то особенно ловко повернул отмычку, и в замке щёлкнуло. Дверь отворилась с едва слышным скрипом, и Стэши замерла на пороге, не решаясь шагнуть внутрь: коридор был погружён в полную темноту.
– За мной след в след, – Алекс оттёр её плечом, вынул фонарик из кармана джинсов. – И не отставать. Если фонарь вдруг выключится, мы в дерьме.
– Да мы и так в нём, – фыркнула Джин. – Куда уж глубже-то.
Неожиданно сильный порыв ветра вдруг промчался по коридору, растрепал им волосы, забрался под одежду, вызывая мурашки – и стих.
– Сегодня же безветренно, – удивился Грэм.
Никто не ответил.
Ступая по тихому, точно заброшенному «Луизианскому приюту», Стэши боялась лишний раз вздохнуть – и знала, что остальные чувствуют то же самое. Спина Алекса перед ней окаменела, Джин позади то и дело бормотала что-то, отдалённо напоминавшее молитву – вот уж от кого не ожидала… Только от Грэма, который замыкал цепочку, будто волнами исходило спокойствие.
Возможно, он просто понимал: если Юджина изловит их здесь, его придётся отпустить живым – всё-таки родственник. Но Стэши сомневалась, что в этом случае родная кровь будет значить хоть что-нибудь.
Ковен так тщательно защищал свои секреты от живых – тем ироничнее, что приоткрыть завесу тайны пожелали мёртвые. Однако наверняка и с призраками можно было сделать нечто ужасное, иначе те не молчали бы столько лет.
– Направо, – прошептала Джин. – Дальше вниз по лестнице.
У двери подвала она шагнула вперёд первой, махнула Алексу, чтобы тот подсветил – и осторожно вставила в замок шпильку.
– Надо же, – Грэм не сдержал смешок, который в тишине «Приюта» показался невыносимо громким. – Выходит, этим и без меня есть кому заняться.
– Зато духов без тебя точно никто не отыщет.
– А жаль.
Горечь в его голосе была такой явной, что Стэши стало не по себе. Как же, наверное, это сводит с ума – видеть тени с самого детства и не иметь никакой возможности отделаться от них, когда они летят к тебе мотыльками, завороженными пламенем.
Они спустились вниз. Джин оглядела подвал, недовольно поморщилась и распахнула шкаф – внутри не было ровным счётом ничего.
– Проклятье, – выплюнула она со злостью. – Надо было свалить отсюда раньше, чтобы Сил не видела…
– Зачищено?
– Ещё как. Вот здесь были те блокноты, про которые я говорила… А тут стояло зеркало. Ни хрена нет!
Стэши не нашла подходящих слов и просто хлопнула её по плечу. Разочарование стыло где-то глубоко внутри болотной мутью: столько тащиться сюда – и ради чего? Естественно, если тут и было что-то подозрительное, ведьмы всё уничтожили.
– Райли, – повернулась она к Грэму, – с вещами ясно. Есть ли тут духи?
– Пока не чувствую. И не вижу… Погоди, как-то странно.
– Что странно?
Он прижал палец к губам, и Стэши послушно умолкла. Джин и Алекс отступили к стене, одним своим видом показывая, что Грэм может осматриваться здесь сколько душе угодно.
Тишина, покинувшая было это место, сделалась совсем невыносимой.
Грэм шагнул в центр комнаты, вскинул голову. Во всей его позе – раскрытых ладонях, слишком уж беззащитной шее – чувствовалось что-то уязвимое. Должно быть, он давал теням понять, что не причинит им вреда.
– Я знаю, ты здесь, – произнёс он вдруг. – Выходи. Никто не убьёт тебя.
Несколько долгих, ужасающе долгих секунд не происходило ничего – а потом Грэм заговорил снова, но голос, в мгновение ставший тоньше и выше, явно принадлежал кому-то другому.
– Они убьют м-меня. Остальных уб… убили.
Стэши чудом подавила вскрик. Она впервые видела, как дух использует кого-то в качестве сосуда, и зрелище это было довольно жутким. На первый взгляд Грэм выглядел ровно так же, как и всегда, однако…
Он повернулся к ней – почуял страх, должно быть. Глаза были совершенно белыми, губы растянулись в широкой, неестественной улыбке.
