Не зная, что ответить, Алекс уткнулся в кружку с чаем. Простое: «Мне жаль», – отчего-то казалось неуместным. К тому же он поймал себя на лёгкой, чуть царапнувшей сердце зависти – они с отцом никогда не были по-настоящему близки. Вера вытеснила из его души всё остальное, даже сына.
Горячий напиток и впрямь расслаблял.
– Оставаться тут нельзя, – вдруг добавила Стэши. Взгляд её снова стал цепким, холодным. – Не хочется проверять, разовая это была акция или в следующий раз на потолке окажешься ты.
– Мне казалось, ты их только поблагодаришь…
– Ну уж нет. Ты взбесил меня, это факт, но, если я захочу отплатить той же монетой, подвешу тебя к балкам сама. Загребать жар чужими руками – удел слабаков.
– Или тех, кому слишком важна репутация.
– Или этих, – согласилась она. – Но мне-то на мою тыщу лет как насрать. Ладно, сейчас не о том… Давай собирай всё, что нужно, а я позвоню Ахиллу.
– Зачем?
Стэши посмотрела на него не то с лёгким раздражением, не то с тщательно маскируемой усталостью.
– Затем, что им с Максом лучше приехать и забрать мертвяка у тебя на потолке. Или хочешь дождаться утра и пригласить весь участок? Предлагаю подумать, что с тобой сделают вампиры, если укажешь на них.
Алекс закусил губу. Об этом он ещё не размышлял. Правильно было бы, безусловно, отвезти тело в морг, а затем дождаться объявлений о пропавших людях из соседних городов – или, если он всё же что-то упустил, того момента, когда местные потеряют знакомого и забьют тревогу. Стоило поставить на уши как минимум своих коллег.
Но вампиры, безусловно, этого так не оставят.
Он попытался представить, что они выкинут, если за одну шутку, пусть и вызывающую, убили и выпотрошили совершенно непричастного человека, – и не смог. Так далеко воображение Алекса заходить отказывалось. Зато Стэши, судя по тому, как быстро крутились шестерёнки в её голове, догадывалась, чего стоит гнев Люсьена.
– Ты хочешь сбросить его в болото?
– Да, – процедила она. – Макс сделает остальное. Не сегодня, возможно… Когда будет голоден.
В очередной раз за ночь его замутило. Чай булькнул в горле, ища выхода наружу – и Алекс поспешил к раковине.
За минувшие месяцы он примирился со многими вещами, которые большинству людей показались бы выходящими за все границы дозволенного. Но вот к тому, что местный падре на самом деле – огромная склизкая болотная тварь, которая не прочь перекусить человечиной, привыкнуть так и не сумел.
– Это дикость, – возразил он.
– Это единственный разумный вариант. Ты предпочитаешь, чтобы под тебя начали копать, потому что труп висит в твоей комнате, или чтобы община совершила ещё одно убийство?
Стэши была права, но признать это оказалось невероятно тяжело. Вспомнился Билли из подвала «Луизианского приюта», его отчаянная просьба отыскать кости и вернуть матери. В Хэллгейте пропало немало людей, а теперь, получается, его собственный шериф приложит руку к тому, чтобы исчез ещё один. Не по-человечески как-то.
С другой стороны, а что в последнее время попадало под критерий «по-человечески»? Нарушение границ частной собственности, незаконные эксперименты, серийный убийца, которого местный шериф согласился спрятать в бункере священнослужителя? Ну да, ну да.
– Звони, – не глядя на неё, согласился Алекс.
– Хорошо. Не сиди, собирай вещи. Чем раньше уберёмся отсюда, тем лучше для всех. И не забудь тот пистолет, который купил у Хизер.
Он попробовал вспомнить, а говорил ли ей вообще, что всё-таки забрал Кровавую Мэри, но так и не смог. Кроме того, если и не говорил – от Стэши будто бы не получалось скрыть вообще ничего в этом городе.
За исключением, конечно, разгадки дела семилетней давности.
Алекс быстро покидал в рюкзак сменную одежду и ещё кое-что по мелочи, тяжёлую шкатулку с пистолетом и серебряными пулями. Он слышал, как скрипнула входная дверь: похоже, Стэши отправилась продышаться. Она могла вести себя как угодно безразлично, но увиденное явно напугало её.
– Да… – донеслось до него. – Побыстрее, пожалуйста. Извини, я… Не стоит. Порядок. Что?..
Она проговорила ещё какое-то время, а затем снова наступила тишина.
Алекс вышел на порог с рюкзаком и застал её сидящей на крыльце. Вытянув ноги и прикрыв глаза, Стэши застыла с таким видом, будто ничего вокруг просто не существовало. Должно быть, вернулась к воспоминаниям об отце – или труп под потолком пробудил в её памяти что-то ещё.
– Ты очень громко дышишь, – сказала она, не открывая глаз. – Разве вас в академии не учат бесшумно подкрадываться к преступнику?
– Так ты вроде не преступница.
– Уже нет? Да ты просто чёртов флюгер, Алекс. Куда ветер подует, туда и повернёшься.
Ещё один выпад, явно рассчитанный на то, чтобы продолжить ссору, начатую у дома Грэма. Ещё один выпад, который он решил проигнорировать. Только сейчас Алекс осознал, что и не догадывался, насколько Стэши обидчива и как сильно эта поганая поездка в Новый Орлеан ранила её на самом деле.
– Я думал, мы договорились работать вместе и дальше.
