Я не хотела видеть его перед побегом, потому что это было бы слишком. Потому что знала, что душа будет рваться на куски.
– Потянуло к тебе так, что в груди всё гореть начало, Хэриб, – он, поддавшись порыву, шагнул ко мне и обнял, крепко прижав к себе, и я услышала, как гулко и быстро бьётся его сердце в груди. – Дела всё равно я в соседнем эмирате закончил, зачем было ждать до утра.
Замки на ящике с треском лопнули, и я полной грудью вдохнула его запах, зажмурившись. Один раз – последний… Я должна была позволить себя. Позволить нам.
– Я люблю тебя, – прошептала исступлённо. – Люблю.
Собственные слова отдались в груди ещё болезненнее, чем я могла себе представить. Волна новых сомнений начала топить здравый смысл, но я знала, что справлюсь с ней.
Я уже всё обдумала и решила.
– И я тебя, моя Хэриб.
И надеюсь, ты простишь меня…
Последнее я уже добавила мысленно, прежде чем в последний раз позволить себе сбросить любые ограничения и с наслаждением отдаться любимому мужчине. В последний раз отчаянно и с желанием принадлежать ему, любить самой и позволять любить себя.
В последний раз.
Нафиз ушёл из моей спальни уже под утро, и мне даже удалось уснуть потом на несколько часов. Наверное, как бы я не нервничала, организм знает, что ему нужно. Я не одна, и силы нужны мне не на одну меня. Малыш не может встать на паузу в своём развитии и подождать, пока его мать порешает свои проблемы.
Я встала, умылась, приняла душ и привела себя в порядок. Думать себе запрещала. Точнее эмоционировать. Мне и ночи хватило, когда я лежала без сна на плече у спящего Нафиза, ощущала себя предательницей и молча сгорала изнутри. Даже был момент, когда я раздумывала над тем, чтобы разбудить его и всё рассказать: о ребёнке, о своих страхах, о планах на побег.
Но всё же нашла в себе силы эти мысли притормозить и отбросить. Я уже всё решила, и на то были причины. Веские причины. Нафиз не всесилен, а за один промах я могу заплатить слишком дорого.
Я заставила себя съесть хотя бы треть завтрака. Кусок в горло не лез, но я снова себе напомнила, что я не одна. Внутри меня развивается жизнь, и моё питание имеет первостепенное значение. Малышу нельзя голодать.
Бахура пришла к одиннадцати, чтобы помочь мне с волосами, и к этому моменту я уже была одета, спрятала под одеждой вчерашний конверт, осталось только набросить абайю.
Через час мы были в торговом центре. Когда выезжали, я не удержалась, чтобы оглянуться на прекрасный дворец, который уже успел стать для меня домом, и в котором я провела с любимым мужчиной столько жарких ночей. Прекрасное, сказочное место – “Жемчужина пустыни”. И смертельно опасное, как оказалось.
В торговом центре я лениво побродила по бутикам, выпила кофе в кофейне, отправила короткое сообщение водителю, что я в порядке и планирую ещё походить по магазинам пару часов. Сверив время, я поняла, что оно на исходе и мне пора было идти в условленное место. И чем ближе я подходила к бутику с номером двести шестнадцать, тем более ватными и непослушными становились мои ноги.
В голове ещё раз пронеслись картины, как Саффана сдаёт меня каким-нибудь бандитам или Кариму, или просто бросает посреди пустыни. Я сглотнула, но взяла себя в руки и вошла в бутик.
Продавец посмотрела на меня внимательно, но ограничилась кивком и лёгкой улыбкой. Учтиво и совершенно ровно спросила, угодно ли мне, чтобы она помогла с выбором.
В бутике была ещё одна женщина, она молча бродила, разглядывая и ощупывая ткани нарядов. На нас даже внимания не обращала. Сама взяла несколько платьев и ушла в примерочную. Я даже сперва заволновалась, чтобы она не зашла в ту, в которую нужно мне, и нас не перепутали.
Но женщина выбрала первую, а мне нужна была четвёртая.
– Да, пожалуйста, – ответила я негромко, когда мы с девушкой – консультантом остались одни. – Я бы хотела примерить вот это красное платье.
Как и говорила Саффана, я указала на платье на манекеге у витрины.
– Конечно, – ответила девушка, расстегнула на платье застёжку и сняла его с манекена. – Примерочная тут.
Она указала мне как раз на четвёртую кабинку. Прошла, сама повесила туда платье и показала рукой, что я могу войти.
Я вздохнула незаметно, пытаясь успокоить своё сердцебиение, сжала пальцы в кулаки, воткнув ногти в ладони до боли, и вошла.
Прикрыв шторку, я прислушалась. И то ли я сейчас из-за напряжения так воспринимала время, то действительно ждать пришлось долго, но эти несколько минут ожидания показались мне невыразимо долгими.
И я даже вздрогнула и едва не вскрикнула, но вовремя прикрыла рот ладонью, когда зеркало тихо щёлкнуло и приоткрылось. Оттуда выглянула… Вафия.
И это оказалась та самая женщина, что бродила по магазину и ушла в первую примерочную. Я узнала её по одежде, а точнее белой тесьме по краям чёрного хиджаба.
Она поманила меня рукой, и я пошла за ней. Оказавшись в небольшой комнатке без окон, единственным выходом из которой было то самое зеркало-дверь в примерочную, Вафия схватила меня за руку.
