Лионора остановилась. В дальнем конце зала находилась огромная дверь из литого железа. Обожженную дочерна дверь вдоль и поперек пересекали многочисленные цепи и засовы.
Вильхельм стоял перед дверью, повернувшись к Лионоре спиной. Он активно жестикулировал, будто с кем-то разговаривая, но кроме них у двери никого не было. Лионора слушала его бормотание. Казалось, будто Вильхельм отвечал собеседнику, которого слышал один он. Внезапно услыхав другой звук, девочка вздрогнула. Из полумрака пещеры доносился приглушенный стон. Обежав зал, она заметила двух лежавших на полу Стражниц. Одна не двигалась, другая, потеряв отполированную маску, тщетно пыталась дотянуться до своего фонаря, но он валялся слишком далеко. Его зеленый свет еле мерцал.
Лионора бросилась к ним и опустилась рядом со Стражницей без маски.
– Что он с вами сделал?
Желтые глаза Стражницы медленно моргали. Коса расплелась, и волосы свисали рыжими локонами, заслоняя покрытое татуировками лицо.
– Не волнуйся о нас, Несущая свет, – прошептала Стражница. – Ты должна остановить его. Если он освободит
Слова будто током ударили Лионору. Она сразу поняла, куда привел ее Вильхельм, и в груди затрепетал страх. В долю секунды девочка оказалась перед зловещей железной дверью. Жара была невыносимой, казалось, внутри горело само солнце.
Вильхельм стоял рядом, убрав руки за спину.
– Кого я вижу! – воскликнул он и повернулся к Лионоре. – Подумать только, как удачно сложилось, что ты шла мимо.
Лионора взглянула на его самодовольную улыбку.
– Ты поплатишься за это, – коротко сказала она.
Вильхельм поднял брови.
– Что? Я еще даже ничего не сделал.
Лионора посмотрела на Стражниц границы, Вильхельм проследил за ее взглядом.
– Так ты их имеешь в виду? – произнес он, пожимая плечами. – А что мне оставалось делать? Я вежливо попросил отойти в сторону, но они предпочли остаться на посту, охраняя эту дверь. Не моя вина, что некоторые не прислушиваются к советам.
– С чего они должны тебя слушать? – огрызнулась Лионора так, что россыпь мелких камней поднялась вихрем у ее ног.
– Может, потому что иначе все закончится вот так печально? – предположил Вильхельм, кивнув в сторону Стражниц.
Лионора чувствовала, как внутри нарастает гнев, но старалась сдерживаться. О способностях Вильхельма было известно мало. Насколько он в действительности опасен? Она знала только по слухам.
– Зачем ты пришел сюда, Вильхельм? – спросила девочка.
Он показал рукой на железную дверь.
– Хочу освободить того, кто слишком долго сидел взаперти. Кого Стражницы границы использовали как самое обычное топливо для своих фонарей. Это просто отвратительно. Как
Теперь вихрь из каменной крошки поднялся во весь ее рост. Она сжала кулаки, пытаясь унять разбушевавшиеся в ней силы.
– Ты знаешь не хуже меня: тот, кто находится за этой дверью, слишком опасен, чтобы выпускать его на свободу!
– А как же так называемые Стражницы границы? – спросил Вильхельм, скорчив презрительную мину. – Они ведут себя, словно неприрученные дикие животные. Почему это им можно разгуливать на свободе, а другим нельзя? Они же и братца твоего, беднягу, чуть дотла не сожгли, стоило ему только открыть Дверь в Хинсидес!
– Не смей говорить о Линусе, – закричала Лионора, и кружащиеся вокруг нее мелкие камни заискрились, словно огненные мухи.
Вильхельм умолк и поглядел на девочку с возросшим интересом.
Лионора прикусила язык. Противник искал ее слабые точки и нащупал главную. Не следовало показывать, как много значит для нее Линус. Она любой ценой должна не допустить, чтобы с братом что-нибудь случилось. Пока Линус находится в Мире людей, за него можно не беспокоиться, но вдруг Вильхельм туда вернется? Хотя сумеет ли? Ведь Ключ к Двери хранится у Линуса.
– Да-да, Линус, – произнес нараспев Вильхельм. – Очень приятный парнишка. Кое на что годится, не так ли?
Лионора не смогла сдержаться.
– Ты ничего не знаешь о нем! – прошипела она, выставив вперед руку. Сгусток ослепительно белого света, потрескивая, устремился в сторону Вильхельма.
Возведя глаза к небу, он с усталым выражением лица стукнул каблуком сапога об пол. Будто из-под земли вырос каменный столб. Сгусток огня Лионоры попал в столб, и тот с треском взорвался – за ним стоял Вильхельм, целый и невредимый, и стряхивал пыль с плаща.
– Раз уж речь зашла о Линусе, – продолжал он как ни в чем не бывало, – ты скоро с ним увидишься, совсем скоро. Но вначале мне надо кое-что устроить…
Вильхельм прервал свою речь, застыв на месте. Секунду казалось, будто он к чему-то прислушивается.
– Да, естественно, это вот-вот произойдет, – сказал он, кивнув в пустоту.
Потом опять повернулся к Лионоре.
– На чем мы остановились? Ах да, мы говорили о твоем брате. В ближайшее время ты вновь встретишься с ним. В последний раз, конечно, но нельзя же получить от жизни всё.
