Своим выстрелом в упор и с близкого расстояния Кайри разорвала энергетический шар, сила которого, предназначенная «Беркуту», была направлена на башню. Мощная бело-голубая сеть накрыла башню целиком и буквально скрутила всю ее электронику. Тут уж никакие системы защиты не могли выдержать, потому что взрыв произошел изнутри. Кайри не добралась до голубого неба, вынырнула из облаков и увидела клубы дыма, вываливающиеся из-под корпуса башни. Сама от себя не ожидая, Кайри издала победный клич.
Внезапно из последней башни вырвался белый луч, сопровождаемый мучительным для ушей сигналом, и машина войны начала медленно останавливаться. Кайри снизилась до земли, и никто не стал стрелять в нее. Перед глазами вырисовывалась страшная картина: огромное поле было до самого горизонта завалено трупами и обломками металла, обагрено кровью, обожжено огнем и разворочено взрывами. Это зрелище было настолько страшным, что сердце сжималось в комок. Дым клубами валил из разрушенных машин.
Кайри почувствовала едва ощутимый толчок от приземления на продрогшую, залитую водой и кровью землю. От ада снаружи ее отделяла лишь одна дверь. Набрав побольше воздуха в легкие, смахивая со лба холодный пот, она ступила на пандус. Ей в нос ударил резкий запах: смесь пота, гари, дыма и свинца. Но больше всего чувствовался обжигающе горячий запах крови. Контраст между стерильным воздухом в салоне и смрадом на поле был так силен, что у Кайри потемнело в глазах от тошноты и отвращения.
Рядом с кораблем лежала нога, но тела не было. Чуть дальше из окопа пытался выбраться вихерн. Его острое лицо перекосилось от боли, живот располосован от пупка до груди. Рядом с ним сара на коленях оплакивал погибшего друга. Когти его покрывала кровь, ухо было обожжено до черноты. Чем дольше Кайри смотрела, тем больше видела. Тела, предсмертные крики своих и чужих, мольбы о помощи. Каждый раз что-то новое.
«Беркут» стали окружать люди, способные стоять на ногах: их лица были покрыты сажей, кровью и потом, но в глазах читалась невероятная, обескураживающая смелость. Их радостные возгласы, осторожно говорящие о победе, вплелись в предсмертные стоны. Кайри держалась рукой за дверь, чтобы не упасть, и часто глотая слюну, чтобы ее не стошнило при всех. Продолжала смотреть, хотя все ее существо молило отвернуться, и пропускала через себя и радость, и боль этих людей.
Из толпы вырвался Дерен верхом на Фиасе, и при виде него у Кайри отлегло от сердца. Левая сторона его лица от уха до подбородка была обожжена, и кровь залила его подбородок и шею, а на руке был серьезный ожог, но все-таки он был жив. На черном от грязи лице были видны только глаза, и они горели неистовым зелено-желтым огнем.
– Кайри… – только и успел прохрипеть он. Поспешив спрыгнуть с Фиаса, он не рассчитал остаток своих сил и пошатнулся. Кайри схватила его за плечи, кто-то в толпе протянул руки, чтобы подхватить изможденного капитана, но тот удержался на ногах и выпрямился. Дыхание его было хриплым и частым, он устало улыбнулся ей и произнес:
– Я в порядке. Кайри, то, что ты сделала с башней… Невероятно! С тобой все хорошо?
– Да, Дерен, – с облегчением выдохнула она, и они обнялись.
Он дрожал. Кайри знала, что он всего на пару лет старшее ее и никогда не был в таких масштабных битвах. До этой войны самым сложным испытанием для него был бунт брата, но какой бы ни была революция Орвиса, вряд ли она была страшнее сегодняшних событий.
– Что происходит? – спросил Дерен, кивнув в сторону армии вихернов, которые были все дальше и дальше от стены. – Куда они идут?
– Белый луч, – Кайри указала на уцелевшую башню. – Они отступают.
Она осеклась, потому что высокая фигура, расправив исполинские крылья, устремилась прямо к шаттлу. Варлорд Ж-Скаар стремительно приближался к ним, похожий на гигантскую летучую мышь, его обсидианово-черные крылья будто поглощали свет. Луч из башни еще врезался в небо, и Кайри громко крикнула:
– Не стрелять!
Сердце прыгало в груди, Кайри глубоко вдохнула пропитанный гарью воздух. Ж-Скаар плавно спикировал к ней, открывая шлем. Человек и варлорд посмотрели друг на друга, не отводя взгляд. Кайри с трудом, но не отвернулась от его черных глаз. В отличие от глаз Орвиса, погружающих в успокаивающую темноту, здесь таилась бездна ненависти.
Ж-Скаар заговорил, и его голос был грозен и тверд, но удивительно спокоен:
– Лэдрэ уводит свою армию. Но это только начало. Мы встретимся на другом поле боя.
Кайри знала, что ему не нужен ответ. Они кивнули друг другу, будто вихерны проиграли рипербахцам не битву, а партию в шахматы, и варлорд расправил крылья. Он стрелой взмыл в небо и ринулся назад, с шумом рассекая воздух, и присоединился к удаляющейся армии, которая не стала забирать мертвых и раненых. Кайри посмотрела Ж-Скаару вслед, медленно осознавая, что они победили.
