Сделав еще несколько спокойных сильных гребков, я почувствовал, что сверху уже не ощущается давление каменной громадины, и всплыл. Громкий всплеск, и вот уже вода стекает с наших голов, а ее журчание отражается от высоких каменных сводов звонким эхом. Девушка глубоко вздохнула и задышала часто-часто, дав мне возможность высунуть нос из ее приятных полуокружностей и тоже отдышаться.
— Где мы? — заданный шепотом вопрос девушки прокатился насмешливым речитативом и дал понять, что пещера просто огромна.
— Лерой, ты плавать умеешь?
— Умею, но здесь я боюсь плыть, совсем не видно куда, — вода пещерного озера оказалась очень холодной, и девушка уже начала отстукивать зубами чечетку.
— Перебирайся ко мне на спину, только за шею не держи.
Лерой запыхтела, пытаясь хоть как-то зацепиться за меня. И если бы не данная ситуация, то мне это показалось бы забавным и даже, пожалуй, милым. В холодной воде ее тело казалось горячим, что мгновенно привело меня в боевую готовность. Я хмыкнул и постарался абстрагироваться от близости желанной девушки, нам нужно было срочно выбираться отсюда, поэтому я привычно расслабился и активизировал работу почти всех органов чувств.
Зрение быстро подстроилось к кромешной темноте, высветив серым контуром край каменного «бассейна», который упирался в отвесную стену. Я понял, что здесь нам не выбраться, и поплыл дальше. Шестое чувство снова трезвонило о предстоящем повторном погружении, но обещало на той стороне желанный берег и даже свет.
— Лер
— Х-х-хорошо! — еле выдавила из себя девушка, дрожа всем телом.
Я понял, что нужно спешить, еще немного в такой воде, и у нее могут разжаться окоченевшие пальцы, и тогда неизвестно, смогу ли я найти ее в бездонном черном колодце подземной реки.
Снова нырок и несколько метров подводного туннеля, а затем, наконец, воздух и слепящий свет откуда-то сверху.
Я зажмурил глаза, отключая ночное зрение и прогоняя из глаз радужные кольца. Внезапно руки девушки разжались, а вслед за ними и ее ноги перестали обвивать мое тело, и я испугался, решив, что силы покинули девушку и она тонет. Открыл глаза и увидел, как Лерой быстро плывет к долгожданному берегу, отчетливо видимому благодаря яркому дневному свету, льющемуся из огромной дыры в потолке пещеры.
Выбравшись на берег, я с сочувствием посмотрел на сидевшую, обняв колени, девушку. Ее задорные светлые вихры тонкими намокшими прядями облепили ее щеки, а все тело сотрясала крупная дрожь.
— Лерой, нам с тобой придется раздеться и хотя бы выжать одежду, а то мы так совсем околеем!
— Кккосстер?
Мне оставалось лишь горестно вздохнуть, так как лямки спасшего мою спину от когтей ящера рюкзака не выдержали двойного веса, и благодаря этому мы сейчас оказались здесь, а не в желудке доисторической машины для убийства.
Верно расценив мое молчание, девушка просто повернулась ко мне спиной и начала стаскивать с себя мокрый комбинезон. Мне не хватило наглости в такой ситуации подглядывать за ней. Отворачиваясь, я лишь успел скользнуть взглядом по ее ободранной спине, просвечивающей белой кожей в прорехах черного костюма.
Скинув с себя куртку, с тоской осмотрел все же оставшиеся целыми лямки на ней и кусок от самого рюкзака. Внешняя же его часть, как и с таким трудом, добытое содержимое, сейчас было разбросано по окрестностям плато, а рюкзак девушки остался у палатки.
Ситуация вырисовывалась совсем патовая, и я не беспокоился бы так сильно, будь я один. Хотя, надо отметить, что девушка держалась просто молодцом! Умение не оказаться тяжелым балластом в трудном походе — это тоже редкое умение, а от Лерой даже частенько и польза была.
Раздевшись, я быстро выжал свои вещи и уже собирался надеть штаны, как вздрогнул, почувствовав, что меня обвивают прохладные руки девушки, а затем к моей спине и ягодицам прижалась ее упругая грудь и живот.
— Мне холодно, — прошептала она, обжигая меня между лопатками своим горячим дыханием.
Я медленно развернулся, задохнувшись, когда ее отвердевшие соски прочертили огненную дорожку по моей коже. На ее красивом, озаренном из отверстия в потолке светом, лице горели большие ярко-синие глаза. Сейчас они были затуманены желанием, а на ее сочных, нежных губах играла легкая улыбка.
Боясь сделать что-то не так, я осторожно провел пальцами по ее фарфоровым плечам, затем по шее. Она рвано вздохнула и закрыла глаза. И я, уже более смело, взял ее лицо в ладони и, наклонившись, легонько потерся своей щекой о ее щеку. Лерой с всхлипом вздохнула и сама потянулась к моим губам.
Так нежно, медленно и прочувствованно я, кажется, не целовал еще ни одну женщину в своей жизни, стараясь ощутить и запомнить и нежную бархатистость ее кожи, и вкус ее губ, и тихие стоны самой восхитительной девушки во всех известных вселенных.