А затем мы опустились на кучу сброшенных мною вещей и любили друг друга как в последний раз. Подкрадись к нам сейчас кто-то враждебный, то, боюсь, моя хваленая интуиция его бы попросту не почувствовала. Я раз за разом уносился в необозримый космос, взрываясь сверхновой, а девушка металась подо мной и стонала, выгибаясь дугой и прося не останавливаться.
Мы на время забыли, где находимся, и что лежим на куче мокрых вещей. А еще я понял, что это занятие любовью, не шло ни в какое сравнение с тем пьяным сексом на шаттле, и почувствовал стыд. Эта девушка была достойна самого лучшего в жизни, чего я ей не смогу, к сожалению, дать. Наши миры находятся в совершенно разных плоскостях вселенной, и, если бы не пропал ее отец, наши пути никогда бы не пересеклись. И не важно, найдем мы его или нет, но, вернувшись с этой планеты, наши пути снова разойдутся, а посему мне не стоит даже и мечтать о ней.
Лерой задремала на моем плече, во сне зябко кутаясь в собственные руки. Вздохнув, я с щемящей нежностью оглядел ее хрупкую стройную фигурку и, еле удержавшись от поцелуя, тихо позвал:
— Лер
Девушка открыла глаза и с доверчивой улыбкой посмотрела на меня. Мое сердце екнуло, но я напомнил себе, что ее родные никогда не позволят, чтобы Лерой связала свою жизнь с простым стражем.
Поднявшись, я протянул ей руку, помогая встать.
— Мы так пойдем? — лукаво улыбнулась девушка.
— Думаю, нам лучше все же одеться, — с сомнением я посмотрел на ее высокую, упругую грудь и почувствовал, что снова готов.
Лерой хитро взглянула вниз и хихикнула.
— Ну да, а то мы так никуда не дойдем, — смутился я, быстро надевая штаны. Прохладная влажная ткань остудила мои нескромные помыслы, и вскоре я уже снова был сосредоточен и собран.
От этого озерка путь по суше был только в одну сторону, туда мы и пошли, тем более что моя интуиция с каждым пройденным метром просто вопила мне, что впереди нас ждет что-то необыкновенное. Чувство восторженного предвкушения просто распирало мою грудь. Хотелось кричать и смеяться, а еще обнять весь мир. Необычная эйфория окутала меня, и я пришел в себя лишь от голоса девушки:
— Ты тоже чувствуешь это?
— Да, — с трудом ответил я, помотав головой и прогоняя странное наваждение.
Вдруг впереди мелькнул ярко-красный огонек, к нему прибавился изумрудный, оранжевый, синий…
— Что это? — выдохнула девушка, крепко схватив меня за руку.
В настороженном молчании мы подошли ближе.
— Похоже на кристаллы.
Мы медленно продвигались вперед, охватывая взглядом все больше и больше ярких разноцветных огоньков, которые усыпали, не только потолок и стены, но и пол широкого туннеля. Вскоре глазам уже было больно от ослепительно ярких огней, а идти стало сложно, так как плотность кристаллов все увеличивалась, а свободного места, чтобы пройти между ними, наоборот, становилось все меньше.
— Ставр, ты чувствуешь? Стало намного теплее!
И верно, я на это даже не обратил внимания, но теперь почувствовал, что от кристаллов шли ощутимые волны тепла. Сделав еще несколько осторожных шагов, понял, что девушка отстала. Я обернулся и испуганно вскрикнул, так как Лерой, присев на корточки, обхватила ладонями самый крупный кристалл.
Они были так красивы, эти чудесные, словно хрустальные, шестигранные кристаллы! Из самой их середины, будто жидкий огонь, струился яркий свет, теплый и манящий. Я невольно протянула руки к самому крупному из них, ярко-красному кристаллу, от которого, на самом деле, шло тепло. Мои ладони коснулись его поверхности, и в тот же миг мой мир перевернулся, и я ощутила себя невообразимо большой и мудрой.
Я была планетой! Большой и красивой! А еще я чувствовала себя всемогущей, но… очень одинокой! Мне было невероятно скучно одной в этом черном и пустом пространстве, ведь до моих сестер так далеко, что не докричаться, и даже мысль летит слишком долго, чтобы можно было часто и легко общаться с ними. А потому мне оставалось довольствоваться лишь наблюдением за мелкими паразитами, периодически опускающимися на мою поверхность и копошащимися в ней, вызывая у меня сильнейшую щекотку. Я смеялась, содрогаясь всем телом, что совсем не нравилось моим деятельным паразитам, и они разбегались кто куда, а затем набивались в свой маленький летающий дом и улетали от меня!
Они улетали, а я снова оставалась одна, с тоской ожидая прибытия новых забавных двуногих малюток. Прилетев, они опять деловито копались в моем поверхностном слое, и иногда это было даже приятно! Заметив, что им нравятся некоторые минералы, содержащиеся в моих недрах, я подкидывала им их в тех местах, где мне это было нужно. А они потом самозабвенно копались там, в поисках таких же минералов, а я, блаженно щурясь на яркое гордое светило, млела от приятных почесываний. Но существа потом снова улетали, а я еще больше погружалась в пучину тоски, придумывая, чем бы еще привлечь двуногих малюток, которых я больше не считала паразитами.