Осетров изо всех сил стал дергать руками, пытаясь разделаться с узлом, но он был завязан намертво. Поискав вокруг себя глазами, Нил заметил торчащий меж бревен гати обломок березового ствола. Он завел за него связанные кисти и с остервенением принялся тереть ремень об острый край сломанного бревна.
Гай мотал головой, выпучив налитые кровью глаза. И все погружался и погружался в болото. Зелень ряски уже колыхалась у его рта.
— Ни-ил! — вырвался у него не то стон, не то крик. — У-моляю!
— Не видите?! Сами завязали! — огрызнулся Нил, злясь на Гая, на себя и чертов ремень, который не поддавался.
И когда уже казалось, его усилия ни к чему не приведут, что-то легонько треснуло. Нил почувствовал, что руки у него наконец свободны.
Сбросив моментально рюкзак, он выхватил из гати жердину и перекинул в сторону Гая. Тот лихорадочно ухватился за нее обеими руками. Действуя жердью как рычагом, Осетров пытался вытащить Гая на бревна, но не получалось — трясина держала его крепко. Вдруг с треском переломилась жердь. Нил стал искать другое подходящее бревно. Когда нашел и бросил, Гай вновь ухватился за его конец. Он хрипел от натуги, его руки скользили по грязному, скользкому стволу.
Неимоверными усилиями Нилу все-таки удалось схватить Гая за воротник пиджака и вытащить огрузневшее тело на гать. Гай перевалился поперек хлопающих бревен гати и, лежа на животе, тяжело дышал и отплевывался. Осетров ловким движением заломил ему руки за спину, быстро перевязал их обрывком ремня. Потом он извлек из кармана брюк Гая пистолет и засунул себе за пояс.
— Что, власть переменилась? — усмехнулся Осетров, вытирая рукой вспотевшее, перепачканное кровью и землей лицо. — Вставайте!
Он сделал на всякий случай несколько шагов назад и взял в руки обломок жерди. Федор Лукич с трудом поднялся.
— Идите! — скомандовал Осетров.
…Арсений Николаевич Резвых постучался в жилой вагончик мостопоезда 594, когда рассвет еще только занимался. Не хотелось будить ребят в такую рань, но дело не терпело отлагательств.
Они прибыли сюда со следователем Дагуровой и начальником уголовного розыска Сергеевым затемно и уже успели сделать многое. На ноги была поднята местная милиция. По рации полетели указания участковым инспекторам в близлежащие поселки, разбросанные по тайге. Работникам ГАИ были даны инструкции тщательно проверять все машины. Но без добровольных помощников обойтись нельзя: слишком обширна территория, на которой мог появиться преступник.
Тогда Резвых и вспомнил о знакомых бамовцах.
Ребята, узнав, с какой целью приехал Резвых, встали как по команде. И уже через несколько минут были в полной боевой готовности.
Правда, строители удивились, что депутат поселкового Совета, приезжавший к ним недавно, оказался офицером милиции. Но для расспросов не было времени.
Арсений Николаевич объяснил ребятам, что идут поиски опасного преступника. А людей не хватает…
Помогать вызвались все.
Арсений Николаевич пошел к клубу «любомудров», где его поджидала Ольга Арчиловна. Вскоре туда же подошли и добровольные помощники. Капитан представил им старшего следователя областной прокуратуры. Ребята смекнули: задание действительно не шуточное, и очень внимательно слушали, когда Арсений Николаевич объяснял его, — прочесать пути, ведущие от Захарьина болота.
— А он точно выйдет сюда? — спросил кто-то из бамовцев.
— Не исключено, — ответил Резвых.
— А как он выглядит, этот преступник? — поинтересовался другой. — Приметы какие?
— Вот с приметами туго, — признался капитан. — Высокий мужчина… Возможно, в плаще — это все, что передал Уралов со слов Осетрова.
— Иди туда, не знаю куда… — с иронией заметил один из парней. — Принеси то, не знаю что… Прямо для нашей секции «Хотите верьте, хотите нет», — засмеялся он.
На него зашикали. Не до смеха…
— Понимаете, товарищи, — сказал Арсений Николаевич, — на воре шапка горит. Преступник, как правило, боится, крадется… Словом, шарахается от собственной тени… Или прикидывается спокойным… Конечно, смекалка нужна, как в разведке…
— Ясно, товарищ капитан. Разберемся, — раздались голоса.
Договорились, что ребята разобьются по три-четыре человека и прихватят охотничьи ружья у кого есть.
Вдруг встал Раймонд Скуенек, друг Бориса Рогова.
— Есть идея! А что, если вертолет? Сверху виднее…
— Конечно! Еще бы! — поддержали его. — Тут изыскательская партия недалеко. К ним каждый день вертолет прилетает… Не откажут…
Двое вскочили, чтобы бежать к начальнику участка, договариваться насчет вертолета. Узнав, в чем дело, Дагурова отправилась вместе с ними.
Связались по рации с руководителем геологической партии. Тот дал «добро» на использование вертолета для поиска преступника. Но он мог прилететь только часа через три. Не раньше.
Болото осталось позади. Нил невольно оглянулся: если бы не случайное избавление (оно казалось ему чудом) — и костей его не нашли бы.
«Жив, жив, жив!» — стучала кровь в висках. Осетров поднял лицо к небу, поражаясь его огромности и синеве, и вздохнул полной грудью, положив на землю рюкзак.
