призналась Ольга Арчиловна.
– Среди людей тоже такие встречаются. На вид человек, а копнешь поглубже – зверь зверем… Ради своего интереса готов другому горло перегрызть. А представьте себе, когда на одной дорожке двое таких встретятся, что будет…
– Кого вы имеете в виду? – насторожилась Ольга Арчиловна.
– Так… Вообще… – неопределенно ответил Осетров, глядя куда-то в сторону.
– Выходит, он вредный, ваш соболь… – вернулась к прежнему разговору следователь.
– Почему? – удивился Нил.
– Так ведь хищник. Истребляет других животных.
– В природе, Ольга Арчиловна, нет вредных животных,
– горячо возразил Нил. – Хищники тоже нужны… Как раньше думали: раз хищник – уничтожай его. Даже таких полезных птиц, как лунь и сова. Убить их считалось добрым делом… А вот мы были с Алексеем Варфоломеевичем на Севере. У энцев, это небольшая народность…
– Мне Меженцев рассказывал.
– Ну тем более… Так убийство волка энцы считают большим грехом. А теперь и ученые доказали, что волки нужны. Они являются как бы естественными селекционерами. Ведь волки могут догнать и завалить только слабого, больного оленя.
– Значит, в природе хищник полезен, – как бы подвела итог Дагурова.
– Несомненно. А вот если человек хищник, – это страшно! Потому что ненасытен, все ему мало! Стреляет, хапает!… – зло проговорил лесник и, спохватившись, оборвал свою гневную тираду.
Некоторое время они шли молча. Дагурова отчетливо представила себе страницу дневника Нила, где он выписал и дважды подчеркнул слова Достоевского, которые привел в своей лекции Меженцев: «Зверь никогда не может быть так жесток, как человек, так артистически, так художественно жесток». Неужели так? Неужели… В это время
Осетров вдруг остановился.
– Слышите? – спросил он у следователя.
Дагурова прислушалась. Где-то недалеко резко, словно бранясь, кричала птица.
– Вот доносчица, – улыбнулся Осетров. – Галка… Кому-то знак подает: рядом лиса или другой хищник.
– А что, вы можете различать?
– Это ж просто, – как само собой разумеющееся ответил
Нил. – Да вы сами послушайте: ругается, как человек… Что вас еще интересует? – вернулся он к прежней теме.
– О соболе… И учете.
– Между прочим, соболь любит не только животную пищу. До кедровых орехов тоже большой охотник. А у нас кедра слава богу – сами видите. Потому здесь и соболю раздолье.
– Странно. Кровожадный хищник – и вдруг орешки…
– Ничего удивительного. Ученые установили, что мозг и ядра кедрового ореха имеют в своем составе схожие вещества – липоиды, лецитин… Недаром кедровый орех считается у нас вторым мясом… А об учете… Конечно, зимой вести его гораздо легче, – продолжал Нил. – На снегу все как на бумаге, только смотри внимательней… Помню, в детстве меня отец неуком9 называл, потому что не мог след куницы от соболиного отличить. И немудрено: и соболь и куница задние лапы ставят в след передних… Сколько он меня учил! Пока не перестал путать! Но и соболи ходят по-разному. Например, что такое двухчетка или парный галоп? – Лесник присел на корточки, как бы приглашая с собой следователя. Ольга Арчиловна присела, а Осетров
9 Неук – несмышленый, «зеленый» (
продолжал, показывая пальцами: – Это, как я уже сказал, когда задние лапы точно попадают в след передних. Но некоторые соболи «троят». Это значит – одна задняя не попадает в след передней, а оставляет отпечаток сбоку…
Бывает, что зверь и «четверит». Это следы всех четырех лап отдельно…
Осетров поднялся, отряхнул руки. Встала и следователь.
– Понятно объяснил? – спросил лесник.
– Очень, – улыбнулась Ольга Арчиловна.
– Но, скажу я вам, осторожный зверюга! Пройдешь по лыжне два раза – соболь ни за что не перепрыгнет. Вернется. Чует человека…
– А летом? – поинтересовалась Дагурова. – Следов ведь не видно…
– Здесь нужна хитрость… Увидишь, например, гнездо: пустое оно или нет? Как выманить зверя? Обычно собаку наводят. Но, случается, та облает дерево, а соболь сидит себе и носа не кажет. Я предпочитаю выманивать. Рябчика привяжешь неподалеку – не удержится, обязательно захочет поживиться. Бывает, просидишь зря несколько часов.
Значит, пустое гнездо.
Нил вдруг рассмеялся, ударив себя по коленям.
– Не поверите, однажды со мной такое случилось…
Вам интересно? – спохватился он.
– Конечно, – откликнулась Ольга Арчиловна.
– Летом мы устраиваем для учета зверей контрольные площадки. Их еще «грязевыми» называют. Где обычно звери к водопою ходят или на их постоянной тропе. Снимается дерн, разравнивается земля и поливается водой. А
посередине – приманка. Кто-нибудь из животных обязательно ею заинтересуется. А следы на мокрой земле что твоя роспись в журнале посещений. Тут главное – какую приманку подобрать. Охотники называют «потаска».
Считается, лучше всего – тухлое мясо или рыба. У меня на обходе несколько рысей. Но вот загвоздка была – ни на какую потаску не клюют. Думал я, думал и вспомнил: рысь та же кошка. Побольше, правда, Васьки или Мурки, однако вкусы-то общие должны быть… Пошел к Олимпиаде
Егоровне, попросил валерьянки. Она испугалась: кому плохо? Я не стал объяснять. Не получится задумка – высмеют… Вы понимаете, почему валерьянка?
